|
[Alpha]
|
сервис для параллельного чтения книг сайт адаптирован под мобильные устройства изучайте английский язык, читая любимые книги 1500 книг в нашей базе на данный момент тексты произведений представлены с образовательной целью (изучение иностранных языков) |
full version |
|
 обратная связь
|
| She sank down into the low-seated rocker with a native grace which could not escape the beauty-loving eye of the girl, and with proud-poised head and silent tongue listened to Frona as the minutes ticked away, and observed with impersonal amusement Frona's painful toil at making conversation. | Она опустилась в низкую качалку с прирожденной грацией, которая не ускользнула от Фроны, любящей красоту, и, молча, с гордо откинутой головой слушала Фрону, весело наблюдая за ее мучительными попытками поддержать разговор. |
| "What has she come for?" Frona asked herself, as she talked on furs and weather and indifferent things. | «Зачем она пришла?» — думала Фрона, говоря о мехах, погоде и других безразличных вещах. |
| "If you do not say something, Lucile, I shall get nervous, soon," she ventured at last in desperation. "Has anything happened?" | — Если вы ничего не скажете, Люсиль, я начну нервничать, — сказала наконец она в отчаянии. — Что-нибудь случилось? |
| Lucile went over to the mirror and picked up, from among the trinkets beneath, a tiny open-work miniature of Frona. "This is you? How old were you?" | Люсиль подошла к зеркалу и извлекла из-под разбросанных безделушек миниатюрный портрет Фроны. |
| "Sixteen." "A sylph, but a cold northern one." "The blood warms late with us," Frona reproved; "but is—" | — Это вы? Сколько вам здесь лет? — Шестнадцать. — Сильфида, но холодная, северная. — У нас кровь поздно согревается, — заметила Фрона, — но… |
| "None the less warm for that," Lucile laughed. "And how old are you now?" | — Но от этого она не менее горяча, — засмеялась Люсиль. — А теперь сколько вам лет? — Двадцать. |
| "Twenty." "Twenty," Lucile repeated, slowly. "Twenty," and resumed her seat. "You are twenty. And I am twenty-four." | — Двадцать, — медленно повторила Люсиль. — Двадцать. — Она вернулась на свое место. — Вам двадцать, а мне двадцать четыре. — Такая маленькая разница. |
| "So little difference as that!" "But our blood warms early." Lucile voiced her reproach across the unfathomable gulf which four years could not plumb. | — Но наша кровь рано согревается. — Люсиль бросила это замечание как бы через бездонную пропасть, которую не могли заполнить четыре года. |
| Frona could hardly hide her vexation. Lucile went over and looked at the miniature again and returned. | Фрона с трудом скрывала свою досаду. Люсиль снова подошла к туалетному столу, посмотрела на миниатюру и вернулась на место. |
| "What do you think of love?" she asked abruptly, her face softening unheralded into a smile. "Love?" the girl quavered. "Yes, love. What do you know about it? What do you think of it?" A flood of definitions, glowing and rosy, sped to her tongue, but Frona swept them aside and answered, "Love is immolation." "Very good—sacrifice. And, now, does it pay?" "Yes, it pays. Of course it pays. Who can doubt it?" Lucile's eyes twinkled amusedly. "Why do you smile?" Frona asked. "Look at me, Frona." Lucile stood up and her face blazed. "I am twenty-four. Not altogether a fright; not altogether a dunce. I have a heart. I have good red blood and warm. And I have loved. I do not remember the pay. I know only that I have paid." | — Что вы думаете о любви? — неожиданно спросила она; в ее улыбке было слишком много откровенности. — О любви? — смутилась Фрона. — Да, о любви. Что вы знаете о ней? Что вы о ней думаете? Поток определений, сияющих и красочных, промелькнул в уме Фроны, но она отказалась от них и ответила: — Любовь — это самопожертвование. — Отлично. Жертва. И что же, она окупается? — Да. Окупается. Конечно, окупается. Кто может сомневаться в этом? Глаза Люсиль сверкнули насмешкой. — Чему вы улыбаетесь? — спросила Фрона. — Посмотрите на меня, Фрона! — Люсиль поднялась с пылающим лицом. — Мне двадцать четыре года. Я не пугало и не дура. У меня есть сердце. Во мне течет здоровая, горячая, красная кровь. И я любила. Но я не помню, чтобы это окупалось. Я знаю только, что расплачивалась всегда я. |
| "And in the paying were paid," Frona took up warmly. "The price was the reward. If love be fallible, yet you have loved; you have done, you have served. What more would you?" "The whelpage love," Lucile sneered. | — Это и было ваше вознаграждение, — горячо сказала Фрона. — В вашей жертве была ваша награда. Если любовь и обманчива, то вы все-таки любили, вы узнали, что это такое, вы жертвовали собой. Чего еще можно желать? |
| "Oh! You are unfair." | — Любовь собаки, — усмехнулась Люсиль. — О! Вы несправедливы. |
| "I do you justice," Lucile insisted firmly. "You would tell me that you know; that you have gone unveiled and seen clear-eyed; that without placing more than lips to the brim you have divined the taste of the dregs, and that the taste is good. Bah! The whelpage love! And, oh, Frona, I know; you are full womanly and broad, and lend no ear to little things, but"—she tapped a slender finger to forehead—"it is all here. It is a heady brew, and you have smelled the fumes overmuch. But drain the dregs, turn down the glass, and say that it is good. No, God forbid!" she cried, passionately. "There are good loves. You should find no masquerade, but one fair and shining." | — Я отдаю вам должное, — решительно ответила Люсиль. — Вы скажете мне, что вы все знаете, что вы смотрели на мир открытыми глазами и, коснувшись губами краев чаши, распознали приятный вкус напитка. Эх, вы! Собачья любовь! Я знаю, Фрона, вы настоящая женщина, с широкими взглядами и совсем не мелочная, но, — она ударила себя тонким пальцем по лбу, — у вас все это здесь. Это одурманивающий напиток, и вы слишком сильно надышались его парами. Осушите чашу до дна, переверните ее, а затем скажите, что этот напиток хорош. Нет, боже сохрани! — страстно воскликнула она. — Существует настоящая любовь. И вы должны найти не подделку, а прекрасное, светлое чувство. |
| Frona was up to her old trick,—their common one,—and her hand slid down Lucile's arm till hand clasped in hand. "You say things which I feel are wrong, yet may not answer. I can, but how dare I? I dare not put mere thoughts against your facts. I, who have lived so little, cannot in theory give the lie to you who have lived so much—" | Фрона поняла эту старую уловку, общую для всех женщин. Ее рука соскользнула с плеча Люсиль и сжала ее руку. — То, что вы говорите, неверно, но я не знаю, как вам ответить. Я могу, но не решаюсь, не решаюсь противопоставить мои мысли вашим фактам. Я пережила слишком мало, чтобы спорить с вами, вы так хорошо знаете жизнь. |
| "'For he who lives more lives than one, more lives than one must die.'" | — Тот, кто переживает несколько жизней, умирает много раз. |
| From out of her pain, Lucile spoke the words of her pain, and Frona, throwing arms about her, sobbed on her breast in understanding. As for Lucile, the slight nervous ingathering of the brows above her eyes smoothed out, and she pressed the kiss of motherhood, lightly and secretly, on the other's hair. For a space,—then the brows ingathered, the lips drew firm, and she put Frona from her. | Люсиль вложила в эти слова всю свою боль, и Фрона, обняв ее, вдруг зарыдала у нее на груди. Легкие складки между бровями Люсиль разгладились, и она тихо и незаметно прикоснулась к волосам Фроны материнским поцелуем. Это продолжалось минуту, потом она снова нахмурила брови, сжала губы и отстранила от себя Фрону. |
| "You are going to marry Gregory St. Vincent?" Frona was startled. It was only a fortnight old, and not a word had been breathed. "How do you know?" | — Вы выходите замуж за Грегори Сент-Винсента? Фрона была поражена. С ее помолвки, которая держалась в секрете, прошло только две недели, и ни одна душа не знала об этом. — Откуда вы знаете? |
| "You have answered." Lucile watched Frona's open face and the bold running advertisement, and felt as the skilled fencer who fronts a tyro, weak of wrist, each opening naked to his hand. "How do I know?" She laughed harshly. "When a man leaves one's arms suddenly, lips wet with last kisses and mouth areek with last lies!" "And—?" "Forgets the way back to those arms." | — Вы мне ответили. — Люсиль вглядывалась в открытое лицо Фроны, не умевшей быть лживой, и чувствовала себя, как искусный фехтовальщик перед слабым новичком. — Откуда я знаю? — Она неприятно рассмеялась. — Когда человек внезапно покидает объятия женщины с губами, еще влажными от последних поцелуев, и ртом, полным бесстыдной лжи… — Дальше… — Забывает эти объятия… |
| "So?" The blood of the Welse pounded up, and like a hot sun dried the mists from her eyes and left them flashing. "Then that is why you came. I could have guessed it had I given second thought to Dawson 's gossip." | — Так? — Кровь Уэлзов закипела и точно горячими лучами солнца высушила влажные глаза Фроны, которые вдруг засверкали. — Вот для чего вы пришли! Я догадалась бы сразу, если бы обращала внимание на доусонские сплетни. |
| "It is not too late." Lucile's lip curled. "And it is your way." | — Еще не поздно, — сказала Люсиль с презрительной усмешкой. |
отрывок случайной книги
(Лондон Джек, "Дочь снегов")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |