[Alpha]

сервис для параллельного чтения книг

сайт адаптирован под мобильные устройства

изучайте английский язык, читая любимые книги

1500 книг в нашей базе на данный момент

тексты произведений представлены с образовательной целью (изучение иностранных языков)

Read	Читайте
books	книги
in English	на английском
with	с
paraller	параллельным
translation	переводом

Логин:
Почта:
Пароль:
Подтвердите пароль:

“I do not think that… but let us put it this way. Once I am there, and back in my normal frame of mind, I probably will not want to demand a transfer.”	— Не думаю, что… Впрочем, пусть будет так, как ты говоришь. Если, вернувшись сюда, я вновь сделаюсь самим собой, я не стану просить о переводе.
“I do not understand why not,” I insisted. “And if you do return here, I hope you will suggest you are not to be left down here so long without periods of leave.”	— Но почему бы и нет, — упорствовала я. — Во всяком случае, надеюсь, ты догадаешься попросить, чтобы тебе регулярно позволяли брать отпуск, дабы сменить обстановку.
He smiled again. It was gentle, and even appreciative and even—again—with a certain admiration. “I shall make your views known,” he said.	Назар улыбнулся. На сей раз его улыбка была нежной, даже благодарной, и в ней — вновь — чувствовалось восхищение. — Я передам нашему руководству твои пожелания, — сказал он.
“And what work do you think you will be assigned when you come back? If you do.”	— И как ты думаешь, какую работу тебе поручат, когда ты вернешься? Если только ты и вправду вернешься.
“What? Why, as always, I shall be sent to a new place—for of course it will not have escaped you that these cities of the eastern central landmass will soon be under sand?”	— Какую работу? Все будет как обычно. Меня отправят в новое место. От твоего внимания наверняка не ускользнул тог факт, что города на востоке Основного Материка вскоре будет погребены под песками?
“No, it did not escape me!”	— Да, я это заметила!
“Exactly so… and I shall either find myself in some dreadful city, which I shall regard, at first, as hell and torment, and then… perhaps it will all happen again? In any case, I shall set the current flowing, and guard the flow, and make checks to Shammat… all that I shall do—as I always do! Or perhaps they will tell me to make another city, or a cluster of cities, like these—all perfect, perfect… until…	— Это значит, я опять окажусь в каком-нибудь паршивом городишке, где поначалу жизнь покажется мне настоящим адом, а потом… все вернется на крути своя. В любом случае, я буду следить за порядком и безопасностью и наблюдать за Шаммат, как делал всегда! Может быть, мне прикажут создать новый город вместо тех, что погибнут, — прекрасный, совершенный город… до тех пор, пока…
“How do you go about creating your cities?” I asked—and again the word came to me. “Oh, according to need,” I said. “Yes, but how?”	— И каким будет этот новый город? — спросила я и, не удержавшись, съязвила: — Разумеется, его облик будет определяться Необходимостью. И все же, каким он будет?
“I think I shall go now,” he said. “If I don’t, who knows what may happen! I shall even perhaps find myself back with Elyl—I wouldn’t put it past myself, I assure you.”	— Думаю, мне нужно уехать прямо сейчас, — сказал Назар. — Если я не уеду, может случиться все что угодно! Возможно, я даже вернусь к Элиле, вряд ли я сумею так просто вычеркнуть ее из своей жизни.
“How will you call your spacecraft?” I asked.	— Как же ты вызовешь космический корабль? — поинтересовалась я.
“I shall return—in another way,” said he. “Goodbye, Sirius. And thank you. Look after your equipment—your earrings and the rest—they will be coming after it and after you, and when they find I have disappeared they may make that an excuse to take you physically… Call your spaceship in and leave. That is my advice.”	— Я вернусь другим путем, — ответил он. — Прощай, сирианка. Спасибо тебе. Береги свои серьги и все остальное. Тебя будут преследовать и могут ограбить, а если обнаружится, что я исчез, путтиоряне не оставят тебя в покое… Вызывай космический корабль и улетай. Таков мой совет.
He ran out of the room, and after some time I him, small dark figure, emerge from the base of the tower. He taken no covering with him. I understood. He was going to walk off into the great snow wastes and die there. This gave me food for thought indeed—it was the beginning of a new understanding about the ways of Canopus, their different means of going and coming, of “travelling,” if you like… I did not have time to think of all this then, any more than I had time to reflect on this long conversation with Canopus, in which there were so many openings for a greater comprehension. I was watching Nasar struggle forward. I could see from the low crowding white in the northeast that soon it would snow again. But long before it did, Nasar would be lost in the billowing piling masses. He would be dead very soon, I knew. He would not be found, I could be pretty sure, until the snow melted. That was when I could be afraid of the Puttiorans coming to take me in; probably on a charge of not reporting a disappearance, and even of murder—who knew what one could expect in a place like this! But the melting of the snows was a long way off. I had hoped to wait till the spring. I stood looking out at the scene that seemed crammed with white substance, and thinking that all that was water. How it would swirl and flood around these towers when the season changed! I would stand up here in the little tip of this tower, and look down at brown floods—and then, so I believed, there would be a burst of vegetation. I had never seen anything like that.	С этими словами он выскочил из комнаты, и через некоторое время я увидела внизу, у подножия башни, маленькую темную фигурку. Он не взял с собой никакой одежды. Лишь теперь я догадалась, что Назар имел в виду. Он собирался уйти в заснеженные пустоши и умереть. Так вот какие средства перемещения использует Канопус! Но у меня не было времени раздумывать о случившемся и о долгом разговоре с Назаром, разговоре, в ходе которого я столько раз вплотную приближалась к прозрению. Я смотрела, как канопианец с трудом бредет по улице. Низкая поземка на северо-востоке говорила о том, что скоро снова пойдет снег. Но задолго до начала снегопада Назар замерзнет в сугробах. Он погибнет очень скоро, я знала это. Я была уверена, что его не найдут, пока не стает снег. А обнаружив его тело, путтиоряне придут за мной. Возможно, мне предъявят обвинение в убийстве или в том, что я не доложила им, что Назар исчез, — кто знает, чего можно ожидать от обитателей подобного места! Однако до того, как растает снег, еще далеко. Я надеялась дождаться весны. Я стояла, глядя на то, как снег укрывает все вокруг белой пеленой, и думала, что все это — просто вода. Когда станет тепло, она забурлит и затопит все вокруг этих башен. Я буду стоять здесь, наверху, и смотреть на потоки мутной воды, а потом — так мне хотелось верить — все вокруг зазеленеет. Я никогда не видела ничего подобного.
I had no reason at all to doubt that when Canopus warned, they should be listened to. I did not want to have to face the Puttiorans, or even that degenerate smiling cruel lot—these gone-to-self-indulgence classes are always cruel in their lazy insolent way… Then why was I waiting here? Why, of course, to meet Klorathy.	У меня не было причин не верить предостережениям Канопуса. Я знала, что к ним стоит прислушаться. Мне не хотелось сталкиваться с путтиорянами или с деградирующей местной элитой — эта праздная, избалованная публика всегда отличалась изощренной жестокостью… Тогда чего я ждала? Разумеется, я надеялась, что увижу Клорати.
I had come here to meet Klorathy…	Я прибыла сюда, чтобы встретиться с Клорати.
I understood that I had met Klorathy. There was a mystery here I did not expect to unravel then, but I knew there was one.	Я понимала, что здесь была какая-то тайна. В то время я не надеялась ее разгадать, но знала, что она есть.
I decided that I would call in my hovering Space Traveller and leave. I sent out the call and collected my belongings. I found a white hooded garment folded in a chest and huddled myself in it. I did not want to be seen, a dark escapee against the snows, and arrested. Just as I was preparing to leave these high rooms at the cone’s tip, and descend to the street, I saw some writing sheets where Nasar had been stretched before I came into the room.	Я решила, что вызову космолет и улечу. Я отправила запрос и собрала свои вещи. Я нашла в сундуке белое одеяние с капюшоном и надела его. Я не хотела, чтобы меня видели, а беглянка в черном была бы слишком заметной на снегу, и меня бы немедленно задержали.
His despair, his misery, his self-loathing, his conflicts, were written there in broken, sometimes abusive or obscene words. I ran my eyes swiftly over them, leafing through the many sheets: there were months of comment there. But on the sheet he had been scribbling over, just before I had come into the room, was written:	Собираясь, я заметила на полу несколько исписанных листов бумаги. Они валялись там, где лежал Назар. Я пробежала написанное глазами. Его отчаяние, его печаль, его ненависть к самому себе — все это было описано здесь, причем текст пестрил бранными словами и вульгаризмами. Передо мной была целая пачка бумаги, а записи велись на протяжении нескольких месяцев. Последняя из них явно была сделана непосредственно перед тем, как я вошла в комнату. С трудом разбирая торопливый, небрежный почерк, я прочла:
I come again and again to the same thought. I may not be able to face Canopus and my own nature now, and the shame that will overwhelm me when I contemplate what I have been here, but I have only to contemplate Sirius to be strengthened in the better side of myself: thinking of Sirius I feel that perhaps I may at last force myself back to my duty. How is it possible that an Empire can be so large, so strong, so longlasting; so energetic, so inventive, so skilled; how can it be so admirable in so many ways—and yet never have any inkling at all of the basic fact? They continue; they thrive; they fall into periods of decline; they make decisions; they advance again… they let their populations rage out of control, and then suddenly limit them to practically nothing. And all this done according to a temporary balance of social forces and opinion—never according to Need. This worthy and correct and competent official who is no more capable of the shameful falling that I have shown I am only too capable of, is not able to take in anything of what the function of Canopus is. What the function of Sirius could be. Is that not a thought with enough power in it to make me whole again?	«Вновь и вновь я возвращаюсь к одной и той же мысли. Мне стыдно за себя, и этот стыд не позволит мне смотреть в глаза Канопусу и даже самому себе. Я надеюсь, что Сириус поможет мне вновь обрести силу духа, и тогда я сумею заставить себя вернуться к выполнению своих обязанностей. Размышляя о Сириусе, я недоумеваю, как могло случиться, что могущественная Сирианская империя — деятельная, изобретательная и умелая — не имеет представления о самых существенных фактах? Она то процветает, то переживает периоды упадка, ее власти принимают решения и вновь идут вперед… Сириус позволяет населению бесконтрольно расти, а потом сокращает его численность почти до нуля. При этом он ориентируется исключительно на расстановку сил в текущий момент и настроение общества и никогда не думает о Необходимости. Разумная и компетентная сирианка, которая вряд ли способна потерять свой моральный облик так же легко, как и я, не имеет понятия о предназначении Канопуса и не представляет, каким могло бы быть предназначение Сириуса. Одно это является для меня великим стимулом к тому, чтобы вновь обрести себя».
That is what I saw written there. I put this sheet of brittle yet at the same time flexible substance—it was new to me—in my clothes, and in my turn walked rapidly down the stairs and out into the cold whiteness. It had begun to snow again, though lightly. I not afraid I would not find the Space Traveller, only that I might be stopped first. I did see a couple of Puttioran guards at the base of the far tower, and I ran fast along the road I had come into the city on. It was hard to keep on the road. On either side were faint depressions to mark the ditches. I stumbled on, wondering if Nasar was still upright and walking onwards, or if he had fallen and was dying. It was strange to think in this way: we did not expect to die! Not we of the Sirian Mother Planet who can renew our bodies almost indefinitely. Death was hardly a reality to us. And that Canopus should use bodies like an equipment of garments…	Я свернула листок вчетверо — он был изготовлен из незнакомого мне хрупкого и в то же время гибкого материала, — сунула записку в карман, быстро спустилась по ступеням и нырнула в холодный туман. Снаружи снова шел снег, хотя и не сильный. Я не боялась, что не найду космолет, но опасалась, что меня могут остановить. У подножия башни я заметила пару путтиорян-охранников. Обогнув башню, я бросилась бежать. Вскоре я оказалась на дороге, по которой пришла в город. Я бежала без остановки, спотыкаясь и тяжело дыша. Пару раз я едва не упала в придорожную канаву, — заметенная снегом, она показалась мне тропинкой. Я размышляла о том, где сейчас Назар. Продолжает ли он свой путь или упал в снег и умирает? Эти мысли казались странными и непривычными — ведь мы не должны умирать! Сириане с Планеты-Матери могли обновлять свои тела почти бесконечно. Смерть для нас была чем-то запредельным. Неужели Канопус распоряжается телами как машинами или одеждой?
I had not run forward for long when I saw the soft glitter of the Space Traveller, and was in it and up and off the white thicknesses in a moment—soon below us the brown cones stood up out of the white coverlet, and above us was the Rohandan night sky crammed with blazing stars. I looked for our own dear star, which shed such a happy glow on our Home Planet, but I was bound for the southern hemisphere. We swept on, with the white expanse below us, and then over the mountains that were white, too, and suddenly below us was the blue ocean. The experiments I was proposing to organise do not concern my purpose in this account.	Вскоре сквозь снежную мглу я увидела мягкий блеск космолета. Я проворно забралась в него, и через минуту мы уже взлетели над густой белой пеленой. Внизу промелькнули коричневые конусы, торчащие из белого покрывала, и вскоре мы поднялись над облаками, и я увидела над собой ночное небо Роанды, усыпанное мерцающими звездами. Я поискала глазами звезду, которая освещала мой родной Сириус, но мы уже летели над южным полушарием. Белые просторы внизу сменили горные цепи, а потом безбрежный океан. Подводя итоги своего визита на Роанду, я разработала программу проведения экспериментальных исследований, но она не имеет отношения к теме данного отчета.

Авторы

Книги

Разделы