[Alpha]

сервис для параллельного чтения книг

сайт адаптирован под мобильные устройства

изучайте английский язык, читая любимые книги

1500 книг в нашей базе на данный момент

тексты произведений представлены с образовательной целью (изучение иностранных языков)

Read	Читайте
books	книги
in English	на английском
with	с
paraller	параллельным
translation	переводом

Логин:
Почта:
Пароль:
Подтвердите пароль:

«You're right, Sergeant. It is Ebrich.» The boy's voice was unsteady. «He's alive, I think. I saw his cape move, just a little. It wasn't the wind, I'm sure of that.»	— Вы правы, господин унтер-офицер. Это действительно Эрлих, — дрожащим голосом проговорил солдат. — Мне кажется, он жив, я заметил, как шевельнулся плащ. Это не ветер, я уверен.
Mallory felt Andrea's massive hand squeezing his arm, felt the quick surge of relief, then elation, wash through him. So Stevens was alive! Thank God for that! They'd save the boy yet. He heard Andrea whispering the news to the others, then grinned wryly to himself, ironic at his own gladness. Jensen definitely would not have approved of this jubilation. Stevens had already done his part, navigated the boat to Navarone and climbed the cliff: and now he was only a crippled liability, would be a drag on the whole party, reduce what pitiful chances of success remained to them. For a High Command who pushed the counters around crippled pawns slowed up the whole game, made the board so damnably untidy. It was most inconsiderate of Stevens not to have killed himself so that they could have disposed of him neatly and without trace in the deep and hungry waters that boomed around the foot of the cliff… . Mallory clenched his hands in the darkness and swore to himself that the boy would live, come home again, and to hell with total war and all its inhuman demands… . Just a kid, that was all, a scared and broken kid and the bravest of them all.	Мэллори почувствовал, как лапа Андреа стиснула ему руку. Его охватило чувство облегчения и радости. Слава Богу, Стивенс жив! Они спасут мальчишку. Андреа сообщил новость и остальным. В следующую минуту Мэллори опомнился. Вряд ли Дженсен разделит их радость. Ведь Стивенс выполнил свою задачу: привел судно по назначению, поднялся на утес. Теперь же, став калекой, он будет обузой. Шансы на успех, и без того небольшие, будут из-за него сведены почти к нулю. Начальству, которое ведет игру, битые пешки только мешают, загромождая шахматную доску. Как было неосмотрительно со стороны Стивенса не разбиться насмерть! Сбросили бы его тогда с обрыва вниз, и концы в воду… Стиснув кулаки, Мэллори поклялся, что Энди будет жить и вернется домой.
The young sergeant was issuing a string of orders to his men, his voice quick, crisp and confident. A doctor, splints, rescue stretcher, anchored sheer-legs, ropes, spikes — the trained, well-ordered mind missing nothing. Mallory waited tensely, wondering how many men, if any, would be left on guard, for the guards would have to go and that would inevitably betray them. The question of their quick and silent disposal never entered his mind — a whisper in Andrea's ear and the guards would have no more chance than penned lambs against a marauding wolf. Less chance even than that — the lambs could always run and cry out before the darkness closed over them.	К черту тотальную войну и ее людоедские принципы!.. Ведь это ребенок, испуганный, затравленный ребенок, оказавшийся самым смелым из всей их группы. Молодой унтер уверенным и решительным голосом отдавал своим подчиненным одно распоряжение за другим. Нужен врач, шины, специальные носилки, стрела с оттяжками, веревки, крючья. Знающий свое дело аккуратист не упустил из виду ничего. Мэллори заботил вопрос, сколько солдат останется караулить раненого, ведь их придется убрать, и тем самым группа выдаст свое присутствие. Проблемы же, как это сделать тихо и незаметно, не существовало. Стоит шепнуть Андреа на ухо, и у часовых останется не больше шансов уцелеть, чем у ягнят, в загон к которым ворвался голодный волк. Пожалуй, даже меньше, ведь ягнята могут метаться и блеять, пока не настанет их черед.
The sergeant solved the problem for them. The assured competence, the tough, unsentimental ruthlessness that made the German N.C.O. the best in the world gave Mallory the chance he never expected to have. He bad just finished giving his orders when the young soldier touched him on the arm, then pointed over the edge.	Вопрос был решен без участия Мэллори. Решительность, знание своего дела и грубая бесцеремонность, благодаря которым среднее командное звено немецкой армии по праву считают лучшим в мире, предоставили новозеландцу возможность, о которой он не смел и мечтать. Не успел унтер отдать последний приказ, как к нему подошел молоденький солдат и, тронув его за рукав, показал вниз.
«How about poor Ehrich, Sergeant?» he asked uncertainly. «Shouldn't — don't you think one of us ought to stay with him?»	— Как быть с беднягой Эрлихом, господин унтер-офицер? спросил он неуверенно. — Может, кому-нибудь из нас остаться с ним?
«And what could you do if you did stay — hold his hand?» the sergeant asked acidly. «If he stirs and falls, then he falls, that's all, and it doesn't matter then if a hundred of us are standing up here watching him. Off you go, and don't forget the mallets and pegs to stay the sheer-legs.»	— А какой будет прок, если ты останешься? — насмешливо спросил унтер. — Руку ему протянешь? Если он зашевелится и упадет, то упадет и без тебя. Тут и сто зевак ему не помогут. А ну, шагом марш! Да не забудь прихватить кувалду и костыли, чтоб треногу закрепить.
The three men turned and went off quickly to the east without another word. The sergeant walked over to the phone, reported briefly to someone, then set off in the opposite direction — to check the next guard post, Mallory guessed. He was stifi in sight, a dwindling blur in the darkness, when Mallory whispered to Brown and Miller to post themselves on guard again: and they could still hear the measured crunch of his firm footfalls on a patch of distant gravel as their belayed rope went snaking over the edge of the cliff, Andrea and Mallory sliding swiftly down even before it had stopped quivering.	Все трое повернулись и, ни слова не говоря, быстрым шагом пошли в восточном направлении. Подойдя к аппарату, унтер-офицер доложил кому-то о происшествии, потом отправился в противоположную сторону. Видно, проверить соседний пост. Не успел он раствориться во мраке, как Мэллори приказал Миллеру и Брауну занять прежние свои позиции. Еще слышно было, как хрустит гравий под сапогами немца, а капитан и Андреа уже спускались по веревке, едва успев закрепить ее.
Stevens, a huddled, twisted heap with a gashed and bleeding cheek lying cruelly along a razor-sharp spur of rock, was still unconscious, breathing stertorously through his open mouth. Below the knee his right leg twisted upwards and outwards against the rock at an hapossible angle. As gently as he could, braced against either side of the chimney and supported by Andrea, Mallory lifted and straightened the twisted limb. Twice, from the depths of the dark stupor of his unconsciousness, Stevens moaned in agony, but Mallory had no option but to carry on, his teeth clenched tight until his jaws ached. Then slowly, with infinite care, he rolled up the trouser leg, winced and screwed his eyes shut in momentary horror and nausea as he saw the dim whiteness of the shattered tibia sticking out through the torn and purply swollen flesh. «Compound fracture, Andrea.» Gently his exploring fingers slid down the mangled leg, beneath the lip of the jack-boot, stopped suddenly as something gave way beneath his feather touch. «Oh, my God!» he murmured. «Another break, just above the ankle. This boy is in a bad way, Andrea.» «He is indeed,» Andrea said gravely. «We can do nothing for him here?» «Nothing. Just nothing. We'll have to get him up first.» Mallory straightened, gazed up bleakly at the perpendicular face of the chimney. «Although how in the name of heaven—» «I will take him up.» There was no suggestion in Andrea's voice either of desperate resolve or consciousness of the almost incredible effort involved. It was simply a statement of. intention, the voice of a man who never questioned his abifity to do what he said he would. «If you will help me to raise him, to tie him to my back… .»	Упав на острый, как бритва, край скалы, Стивенс лежал без сознания, похожий на бесформенную груду. Щека кровоточила, из раскрытого рта вырывалось хриплое дыхание. Нога неестественно загнута. Упершись в обе стенки раструба и поддерживаемый греком, Мэллори осторожно выпрямил ногу юноши. Тот дважды застонал от боли. Стиснув зубы, Мэллори осторожно засучил штанину на раненой ноге лейтенанта и в ужасе зажмурил глаза. Из рваной багровой раны торчала большеберцовая кость. — У него сложный перелом, Андреа. — Мэллори аккуратно ощупал ногу, потрогал щиколотку. — Господи! — пробормотал он. — Еще один, над самой лодыжкой. Плохи у парня дела. — Это правда, — мрачно произнес Андреа. — И ему нельзя ничем помочь? — Невозможно. Но сначала надо поднять его наверх. Выпрямясь, новозеландец посмотрел на отвесную стену. — Только как это сделать, скажи на милость? — Я вытащу парня. — В голосе Андреа не было и тени сомнения. — Если поможешь привязать его к моей спине.
«With his broken leg loose, dangling from a piece of skin and torn muscle?» Mallory protested. «Stevens can't take much more. He'll die if we do this.»	— Это со сломанной-то ногой, которая болтается на клочке кожи и поврежденной мышце? — возмутился Мэллори. — Стивенс не выдержит. Он умрет, если мы это сделаем.
«He'll die if we don't,» Andrea murmured.	— Он умрет, если мы этого не сделаем, — буркнул грек.
Mallory stared down at Stevens for a long moment, then nodded heavily in the darkness.	Посмотрев долгим взглядом на раненого, капитан кивнул:
«He'll die if we don't,» he echoed tiredly. «Yes, we have to do this.» He pushed outwards from the rock, slid half a dozen feet down the rope and jammed a foot in the crutch of the chimney just below Stevens's body. He took a couple of turns of rope round his waist and looked up.	— Ты прав. Иного выхода нет… Оттолкнувшись от скалы, он соскользнул по веревке и очутился чуть ниже того места, где лежал Стивенс. Дважды обмотав веревку вокруг пояса юноши, он посмотрел вверх.
«Ready, Andrea?» he called softly.	— Готов, Андреа? — спросил он вполголоса.
«Ready.» Andrea stooped, hooked his great hands under Stevens's armpits and lifted slowly, powerfully, as Mallory pushed from below. Twice, three times before they had him up, the boy moaned deep down in his tortured throat, the long, quavering «Aabs» of agony setting Mallory's teeth on edge: and then his dangling, twisted leg had passed from Mallory's reach and he was held close and cradled in Andrea's encircling arm, the rain-lashed, bleeding mask of a face lolling grotesquely backwards, forlorn and lifeless with the dead pathos of a broken doll. Seconds later Mallory was up beside them, expertly lashing Stevens's wrists together. He was swearing softly as his numbed hands looped and tightened the rope, softly, bitterly, continuously, but he was quite unaware of this: he was aware only of the broken head that lolled stupidly against his shoulder, of the welling, rain-thinned blood that filmed the upturned face, of the hair above the gashed temple emerging darkly fair as the dye washed slowly out. Inferior bloody boot-blacking, Mallory thought savagely: Jensen shall know of this — it could cost a man's life. And then he became aware of his own thoughts and swore again, stifi more savagely and at 'himself this time, for the utter triviality of what he was thinking.	— Готов, — Андреа нагнулся, подхватил раненого под мышки и с помощью Мэллори стал его поднимать. Пока Энди поднимали, у него раза два вырвался мучительный стон. С бледным, запрокинутым назад лицом, по которому струились, смешиваясь с кровью, потоки дождя, юноша походил на сломанную куклу. Несколько мгновений спустя Мэллори уже умело связывал Стивенсу руки. Он не заметил, что бранится, видя лишь одно — как беспомощно болтается из стороны в сторону голова юноши. Под дождем краска на волосах почти смылась. «Подсунули второсортную ваксу вместо краски для волос, — возмутился Мэллори. — Пусть Дженсен об этом знает. Такой прокол может стоить человеку жизни». Он снова выругался, на этот раз досадуя на себя за то, какие пустяки лезут ему в голову.
With both hands free — Stevens's bound arms were looped round his neck, his body lashed to his own — Andrea took less than thirty seconds to reach the top: if the dragging, one hundred and sixty pound deadweight on his back made any difference to Andrea's climbing speed and power, Mallory couldn't detect it. The man's endurance was fantastic. Once, just once, as Andrea scrambled over the edge of the cliff, the broken leg caught on the rock, and the crucifying torture of it seared through the merciful shell of insensibility, forced a brief shriek of pain from his lips, a hoarse, bubbling whisper of sound all the more horrible for its muted agony. And then Andrea was standing upright and Mallory was behind him, cutting swiftly at the ropes that bound the two together.	Теперь руки у Андреа оказались свободными — голову он продел в связанные в кистях руки Стивенса, а тело юноши капитан привязал ему к спине. Спустя полминуты — выносливость Андреа, казалось, не имеет границ, — он был на вершине скалы. Лишь однажды, когда сломанная нога задела о край утеса, из уст юноши вырвался приглушенный крик боли. Капитан вовсю орудовал ножом, разрезая веревку, которой Стивенс был привязан к спине грека.
«Straight into the rocks with him, Andrea, will you?» Mallory whispered. «Wait for us at the first open space you come to.» Andrea nodded slowly and without raising his head, his hooded eyes bent over the boy in his arms, like a man sunk in thought. Sunk in thought or listening, and all unawares Mallory, too, found himself looking and listening into the thin, lost moaning of the wind, and there was nothing there, only the lifting, dying threnody and the chill of the rain hardening to an ice-cold sleet. He shivered, without knowing why, and listened again; then he shook himself angrily, turned abruptly towards the cliff face and started reeling in the rope. He had it all up, lying round his feet in a limp and rain-sodden tangle when he remembered about the spike still secured to the foot of the chimney, the hundreds of feet of rope suspended from it.	— Скорей тащи его к валунам, Андреа, — прошептал новозеландец. — Жди нас на ближайшем участке, свободном от камней. Андреа кивнул и, посмотрев на юношу, которого он держал на руках, словно бы насторожился. Мэллори тоже прислушался к жалобному вою ветра, который то усиливался, то ослабевал, к шуму дождя со снежной крупой, и зябко повел плечами. Спохватясь, он повернулся к обрыву и начал сматывать веревку, укладывая ее кольцами у ног. Тут он вспомнил, что у основания раструба остался крюк, к которому привязана веревка длиной в несколько десятков метров.
He was too tired and cold and depressed even to feel exasperated with himself. The sight of Stevens and the knowledge of how it was with the boy had affected him more than he knew. Moodily, almost, he kicked the rope over the side again, slid down the chimney, untied the second rope and sent the spike spinning out into the darkness. Less than ten minutes later, the wetly-coiled ropes over his shoulder, he led Miller and Brown into the dark confusion of the rocks.	Мэллори настолько устал и озяб, что не в силах был даже разозлиться на себя, однако, взглянув на Стивенса, представил, как тот страдает, сразу встрепенулся. С угрюмым выражением лица пинком ноги новозеландец снова сбросил веревку вниз, спустился по раструбу, отвязал вторую веревку и швырнул крюк в темноту. Не прошло и десяти минут, как Мэллори, надев на плечо мокрую связку, зашагал вместе с Миллером и Брауном к хаотическому нагромождению камней.
They found Stevens lying under the lee of a huge boulder, less than a hundred yards inland, in a tiny, cleared space barely the size of a billiard table. An oilskin was spread beneath him on the sodden, gravelly earth, a camouflage cape covered most of his body: it was bitterly cold now, but the rock broke the force of the wind, sheltered the boy from the driving sleet. Andrea looked up as the three men dropped into the hollow and lowered their gear to the ground; already, Mallory could see, Andrea had rolled the trouser up beyond the knee and cut the heavy jack-boot away from the mangled leg.	Стивенса обнаружили у громадного валуна метрах в ста от берега на расчищенном от камней пятачке размером не больше бильярдного стола. Он лежал на мокрой от дождя гравийной почве, на которую постлали дождевое платье, закрытый плащом из маскировочной ткани. Холод был собачий, но каменная глыба защищала юношу от ветра и дождя, смешанного со снегом. Все трое спрыгнули в углубление и опустили поклажу на землю. Засучив штанину выше колена, Андреа разрезал ботинок и снял его с изувеченной ноги Стивенса.
«Sufferin' Christ!» The words, half-oath, half-prayer, were torn involuntarily from Miller: even in the deep gloom the shattered leg looked ghastly. Now he dropped on one knee and stooped low over it. «What a mess!» he murmured slowly. He looked up ovуr his shoulder. «We've gotta do something about that leg, boss, and we've no damned time to lose. This kid's a good candidate for the mortuary.»	— Раны господни! — вырвалось у Миллера при виде кошмарного зрелища. Опустившись на колено, капрал наклонился, чтобы получше разглядеть, что произошло. — Ну и дела! пробормотал он и, оглянувшись, добавил: — Надо что-то делать, шеф. Нельзя терять ни минуты, а то мальчишке конец.
«I know. We've got to save him, Dusty, we've just got to.» All at once this had become terribly important to Mallory. He dropped down on his knees. «Let's have a look at him.» Impatiently Miller waved him away.	— Понимаю. Мы должны спасти парня, Дасти. Просто обязаны, — ответил озабоченный Мэллори, опускаясь на колени. — Надо взглянуть, что с ним.

Авторы

Книги

Разделы