|
[Alpha]
|
сервис для параллельного чтения книг сайт адаптирован под мобильные устройства изучайте английский язык, читая любимые книги 1500 книг в нашей базе на данный момент тексты произведений представлены с образовательной целью (изучение иностранных языков) |
full version |
|
 обратная связь
|
| Katharine looked at her, but she didn’t really see her. She saw a room with a shaded lamp, and her own hand lifting the receiver. She heard Mr. Davies’ shaken voice. Her own voice shook as his had done. | Кэтрин обратила к ней взгляд, но видела на самом деле не мисс Силвер, а комнату с затененной лампой и собственную руку, поднимающую трубку. И снова услышала дрожащий голос мистера Дэвиса. Ее собственный голос зазвучал нетвердо: |
| ‘He said, “I’ve just seen Mr. William.” I said, “What do you mean?” He said, “I took hold of his arm, and it was real. It was in the street outside the office. I nearly dropped. I took hold of his arm to save myself, and it felt real. But he didn’t know me – he didn’t know me at all – not at all.” He kept on repeating that. I said, “You’re not well,” and he said, “No – it’s been a shock – it’s been a great shock. He didn’t know me at all – we were there, right under the light, and he did’t know what I said. I’d some kind of idea I was seeing a spirit – but his arm felt real. I said, ‘Who are you?’ and he said, ‘William Smith – Tattlecombe’s Toy Bazaar, Ellery Street.’ That’s what he said. I couldn’t have thought of that if he hadn’t said it, could I? He said he was William Smith, Tattlecombe’s Toy Bazaar, Ellery Street. And he didn’t know me at all. He wanted to take me into the office, but I wouldn’t go. I didn’t want to see anyone – I wanted to get away. When I’d walked a little, I thought about you.” ’ She took a long breath. ‘I told him to go home and rest.’ She stopped again. | — Он сказал: «Я только что видел Уильяма». «О чем вы?» — спросила я. Он ответил: «Я схватил его за руку. Она была настоящая. Это случилось на улице, рядом с входом в контору. Я чуть не упал. Я схватился за его руку, чтобы удержаться, и почувствовал, что она настоящая. Но он меня не узнал, совсем не узнал, совсем!» Он все повторял эти слова. Я сказала: «Вам нехорошо», а он ответил: «Нет… Это был шок… это был ужасный шок. Он совсем меня не узнал… А мы стояли прямо под фонарем. И он не понял, что я сказал. Я подумал, может, я вижу призрака, но его рука была живой. Я спросил: „Кто вы?“, а он ответил: „Уильям Смит, из „Игрушечного базара Таттлкомба“, Эллери-стрит“. Вот что он сказал. Я ведь не мог бы это придумать, ведь так? Он назвался Уильямом Смитом из „Игрушечного базара Таттлкомба“. И совсем меня не узнал. Он хотел отвести меня в контору, но я не пошел. Я не хотел никого видеть, хотел поскорее уйти. Пройдя немного, я подумал о вас». — Кэтрин набрала побольше воздуха. — Я велела ему пойти домой и отдохнуть. — Она снова замолчала. |
| Miss Silver did not speak. Her needles clicked above the pale blue wool. | Мисс Силвер ничего не говорила. Спицы ее трудились над бледно-голубой шерстью. |
| Katharine said, ‘I don’t know how I lived until the morning. I knew I couldn’t do anything till then – the shops would all be shut – I knew I must wait. I went down to Ellery Street at half-past nine. The Toy Bazaar had a window full of William’s toys. As soon as I saw them I knew that Mr. Davies hadn’t made any mistake. William always liked drawing queer animals. There was a draper’s shop on one side and a cleaner’s on the other. The girl in the cleaner’s was quite pleased to talk – it’s a boring job waiting for people to come in. I asked about having something dyed and looked at patterns. And then I asked about the toys in the window next door, and she told me all about William, and how he’d worked the business up. She said he’d been in a Prisoners of War camp with Mr. Tattlecombe’s grandson who died there, and she said he’d lost his memory, and Mr. Tattlecombe thought the world of him. I asked her whether there would be any chance of getting a job there, and she said there might be. She thought they were short-handed. So I went home and made my plans.’ | — Не знаю, как я дожила до утра, — продолжала Кэтрин. — Я знала, что до завтра ничего не смогу сделать — все магазины закрыты. Знала, что должна ждать. Я отправилась на Эллери-стрит в половине десятого. В «Игрушечном базаре» целая витрина заполнена игрушками Уильяма. Как только я их увидела, поняла, что мистер Дэвис не ошибся. Уильям всегда любил рисовать странных животных. Там с одной стороны магазин мануфактуры, а с другой — химчистка. Девушка в химчистке была вполне расположена поговорить — очень скучно ведь сидеть и ждать клиентов. Я спросила, могут ли здесь что-нибудь покрасить и просмотрела образцы узоров. А потом спросила про игрушки в витрине соседнего магазина, и девушка рассказала мне про Уильяма и как он развернул свое дело. Она сказала, что Уильям был в военном лагере вместе с внуком мистера Таттлкомба, который там и умер. И сказала, что он потерял память и что мистер Таттлкомб его очень ценит. Я спросила, может ли быть какой-нибудь шанс получить там работу, и она ответила, да. Ей кажется, что у них не хватает рук. Так что я отправилась домой и обдумала свой план. |
| Miss Silver coughed. | Мисс Силвер кашлянула. |
| ‘What plans did you make?’ | — Какой план? |
| Katharine smiled – a brief, rather tremulous smile. | Кэтрин улыбнулась — мимолетной, робкой улыбкой. |
| ‘I rang up a friend who was looking for a flat and told her she could have mine. And I rang up another friend who was just going abroad and asked if I could have hers. I told her I didn’t want anyone to know where I was, and she said, “All right.” I told my relations I had let my flat and was taking a job, and I didn’t say where. And I wrote to Mr. Davies at his private address and told him not to say anything to anybody, because it was my affair and I wanted to manage it my own way. In the afternoon I drove to Victoria Station with my luggage, and when the taxi had gone I took another to Carol’s flat in Rasselas Mews. And then I went to Ellery Street to ask if they wanted an assistant at Tattlecombe’s Toy Bazaar. And it was Thursday – I’d forgotten all about Thursday being early closing in those outlying places. All the shops were shut. I didn’t feel as if I could bear it, but there just wasn’t anything to be done. I had to go back and get through another perfectly interminable night. That was the night Mr. Tattlecombe had his accident – but of course I didn’t know about it until afterwards. That left them very short-handed indeed. In the morning I went back to Ellery Street and went into the shop to ask if they wanted an assistant. There was a Miss Cole there.’ Katharine gave a little laugh. ‘She didn’t like me a bit – it stuck out all over her. And then’ – her voice checked, steadied, and went on again – ‘William came in.’ | — Я позвонила подруге, которая искала квартиру, и сказала, что она может жить у меня. А потом позвонила другой подруге, которая собиралась за границу, и спросила, не могу ли пожить у нее. Я сказала, что не хочу, чтобы кто-нибудь знал, где я, и она ответила: «Ладно». Родственникам я сообщила, что сдала свою квартиру и устраиваюсь на работу, но места не назвала. Потом написала мистеру Дэвису по его домашнему адресу и попросила никому ничего не рассказывать, потому что это мое дело и я хочу сама с ним разобраться. Днем я отправилась со своим багажом на станцию Виктория, а когда такси отъехало, я взяла другое — до квартиры Кэрол в Расселас-Мьюз. А потом поехала на Эллери-стрит, чтобы узнать, не нужен ли в «Игрушечном базаре Таттлкомба» помощник. Был четверг, я и забыла, что в таких местах на окраине четверг — короткий день. Все магазины были закрыты. Мне казалось, я этого не выдержу, но ничего нельзя было поделать. Я должна была вернуться и провести еще одну бесконечную ночь. Как раз в тот вечер с мистером Таттлкомбом произошло несчастье — но, конечно, я узнала об этом только потом. Из-за этого в магазине действительно стало не хватать людей. Утром я вернулась на Эллери-стрит и зашла в магазин, чтобы спросить, не нужен ли помощник. Там была мисс Коул. — Кэтрин издала легкий смешок. — Я ей совсем не понравилась, она прямо надулась от злобы. А потом… — Ее голос сорвался, потом снова стал ровным, и она договорила: — Потом вошел Уильям. |
| Chapter Twenty-four | Глава 24 |
| There was rather a long silence. Then Katharine leaned forward and said, | В комнате повисло довольно долгое молчание. Потом Кэтрин подалась вперед и сказала: |
| ‘He didn’t know me, but – he fell in love with me. He didn’t remember me, but he remembered loving me.’ | — Он меня не узнал, но… влюбился в меня. Он меня не помнил, но помнил свою любовь ко мне. |
| Miss Silver looked across her knitting and smiled the smile which had won her many confidences, many friends. The dowdy little governess wasn’t there any more. Intelligence, understanding, a sustaining and comprehensive sympathy, just blotted her out. It was rather like seeing the light come through a stained-glass window. | Мисс Силвер посмотрела поверх своего вязания и улыбнулась той улыбкой, что заставила столь многих доверять ей, подарила ей так много друзей. Старомодная гувернантка исчезла. Этот образ был вытеснен засветившимся в ее глазах умом, пониманием, надежностью и тонким сочувствием. Словно волшебный луч проник сквозь покрытое пятнами стекло. |
| Katharine experienced a sense of release. It wasn’t going to be difficult any more. She could say anything, and what she said would be understood – she could let go and say just what came into her mind. Everything in her was quieted. She said, | Кэтрин испытала чувство облегчения. Теперь уже ей не казалось трудным продолжать рассказ. Она может говорить что угодно, и здесь поймут все, что она скажет. Можно просто расслабиться и говорить, что придет в голову. Все внутри нее успокоилось. Она сказала: |
| ‘Miss Cole was horrified because William engaged me on the spot. She couldn’t help seeing that he had fallen for me, and she thought I was a vamp. I went to work next day. William and I painted toys together. We were frightfully happy.’ | — Мисс Коул перепугалась, потому что Уильям тут же, на месте, принял меня на работу. Она не могла не заметить, что я ему понравилась, и подумала, что я какая-то соблазнительница. На следующий день я приступила к работе. Мы с Уильямом вместе рисовали. Мы были ужасно счастливы. |
| ‘Yes?’ | — И что же? |
| ‘I gave my real name, Katharine Eversley. Cyril and Brett are – distant cousins. Even the name didn’t mean anything to William – things that happened before ’42 just don’t exist. But he fell in love with me all over again.’ | — Я назвала свое настоящее имя — Кэтрин Эверзли. Сирил и Бретт приходятся мне дальними кузенами. Даже имя ничего не сказало Уильяму — все, что было до сорок второго, просто перестало существовать для него. Но он снова в меня влюбился. |
| Miss Silver looked at her. | Мисс Силвер посмотрела на нее. |
| ‘Why did you not tell him?’ | — Почему вы ничего ему не сказали? |
| The bright colour came up. | Яркий румянец вспыхнул на щеках Кэтрин. |
| ‘How could I? He’d forgotten me. I couldn’t say, “You loved me – you’ve forgotten.” That was at first. Then when I knew that he was loving me again, I thought if he remembered that, he would remember me. Every time he kissed me I thought he would remember. And then I didn’t care. I only wanted us to have this time together. You see, when he knows who he is there will be a lot of business, a lot of worry. It’s going to be a shock to the people who thought he was dead, and who won’t be particularly glad to find that he is alive – ’ She broke off with that startled glance. ‘I oughtn’t to have said that – I don’t know that it would be like that. Things come into your mind – you can’t help it. If you put them into words it makes too much of them. You see, I haven’t anything to go on. I don’t know that they wouldn’t be glad, so I oughtn’t to say so.’ | — Как я могла?! Он меня забыл. Я не могла сказать: «Ты любил меня — ты просто забыл». Так было вначале. Потом, когда я поняла, что он снова меня любит, я подумала: если он вспомнил это, он должен вспомнить и меня саму. Каждый раз, когда он целовал меня, я надеялась — вот, сейчас он вспомнит! А потом мне стало все равно. Я только хотела, чтобы мы спокойно провели вместе это время. Понимаете, когда он узнает, кто он такой, сразу начнется суета, волнение. Это будет шоком для людей, которые считали его умершим, и для тех, кто не особенно обрадуется, обнаружив, что он жив… — Кэтрин оборвала свою речь, на ее лице вновь появилось испуганное выражение. — Я не должна была так говорить — я не знаю, будет ли это именно так. Иногда в голову приходят всякие мысли, и с этим ничего не поделаешь. Но если выразить эти мысли словами, они становятся слишком преувеличенными. Видите ли, больше мне нечего сказать на этот счет. Я не знаю, действительно ли они не обрадуются, поэтому не должна так говорить. |
отрывок случайной книги
(Вентворт Патриция, "Дело Уильяма Смита")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |