|
[Alpha]
|
сервис для параллельного чтения книг сайт адаптирован под мобильные устройства изучайте английский язык, читая любимые книги 1500 книг в нашей базе на данный момент тексты произведений представлены с образовательной целью (изучение иностранных языков) |
full version |
|
 обратная связь
|
| Semph turned the band on his left wrist. It glowed from within, a deep gold. The sound of air rushing to fill a vacuum filled the chamber. The beaming stage was drenched in silver light that seemed to spring out of the air itself, from an unknown source. The dragon was washed by the silver light, and the seven great mouths opened once, exposing rings of fangs. Then his double-lidded eyes closed. | Семф повернул полоску на левом запястье. Внутри полоска засветилась темно-золотым. В камере зашипел воздух, яростно спеша заполнить собой вакуум. Лучистый помост испускал теперь серебристое свечение, что исходило, казалось, из самого воздуха - из неведомого источника. Серебристое свечение омыло дракона - и семь громадных пастей разом распахнулись, обнажая смертоносные полукольца клыков. Потом глаза страдальчески прикрылись двойными веками. |
| The pain within his heads was monstrous. A fearful wrenching that became the sucking of a million mouths. His very brains were pulled upon, pressured, compressed, and then purged. | Во всех семи головах металась чудовищная боль. Невыносимая пульсация постепенно превращалась в дерганье острозубой пасти за каждый нерв, миллионы клыков впивались в каждую клеточку огромного тела. На сами мозги что-то давило, придавливало их к черепу, сжимало клещами - а потом продуло, промыло, прочистило. |
| Semph and Linah looked away from the pulsing body of the dragon to the drainage tank across the chamber. It was filling from the bottom as they watched. Filling with a nearly colorless roiling cloud of smokiness, shot through with sparks. “Here it comes,” Semph said, needlessly. | Семф и Линах разом перевели взгляды с содрогающегося тела дракона на дренажный резервуар в другом конце камеры. Прямо на глазах резервуар понемногу стал наполняться. Заклубилось в нем белое дымное облако, где мелькали яркие искорки. - Пошло-поехало,- уже без всякой нужды заметил Семф. |
| Linah dragged his eyes away from the tank. The dragon with seven dog heads was rippling. As though seen through shallow water, the maniac was beginning to alter. As the tank filled, the maniac found it more and more difficult to maintain his shape. The denser grew the cloud of sparkling matter in the tank, the less constant was the shape of the creature on the beaming stage. | Линах отвел глаза от резервуара. Тело дракона с семью песьими головами словно покрылось рябью. Видимый как бы сквозь неглубокую воду, маньяк стал меняться. По мере накопления резервуара дракону все труднее становилось сохранять форму. Облако искрящегося дыма делалось все плотнее - и все менее определенные очертания приобретало существо на лучистом помосте. |
| Finally, it was impossible, and the maniac gave in. The tank filled more rapidly, and the shape quavered and altered and shrank and then there was a superimposition of the form of a man, over that of the seven-headed dragon. Then the tank reached three-quarters filled and the dragon became an underling shadow, a hint, a suggestion of what had been there when the drainage began. Now the man-form was becoming more dominant by the second. | Наконец маньяк понял тщетность своих усилий и сдался. Резервуар теперь наполнялся куда стремительнее, а тело дракона вибрировало, корчилось, сжималось... Вот на неясные очертания семиглавого монстра стали накладываться контуры человеческой фигуры. Когда резервуар заполнился на три четверти, дракон окончательно превратился в эфемерную тень - в некий намек, по которому можно было лишь строить догадки, что представляла собой эта фигура перед прокачкой. И теперь с каждой секундой на помосте все резче проступал человеческий абрис. |
| Finally, the tank was filled, and a normal man lay on the beaming stage, breathing heavily, eyes closed, muscles jumping involuntarily. | Наконец резервуар заполнился до краев - а на лучистом помосте остался лежать нормальный человек. Не открывая глаз и судорожно подергиваясь, человек отчаянно пытался отдышаться. |
| “He’s drained,” Semph said. | - Все. Прокачан, - заключил Семф. |
| “Is it all in the tank?” Linah asked softly. | - И теперь все то самое в резервуаре? - негромко поинтересовался Линах. |
| “No, none of it.” | - Нет. Ничего такого там нет. |
| “Then…” | - Но как же?.. |
| “This is the residue. Harmless. Reagents purged from a group of sensitives will neutralize it. The dangerous essences, the degenerate force-lines that make up the field… they’re gone. Drained off already.” | - Там всего лишь остаток; Безвредный остаток. Его нейтрализуют те реагенты, что выкачаны из группы сенситивов. Опасные сущности, дегенеративные силовые линии, составлявшие поле... их больше нет. Они уже отброшены. Линах впервые показался раздраженным. |
| Linah looked disturbed, for the first time. “Where did it go?” | - И куда, интересно знать, они подевались? |
| “Do you love your fellow man, tell me?” | - Линах. Скажи мне. Любишь ты своих ближних? - Прошу тебя, Семф! Опять ты за свое. Ведь я только спрашиваю, куда они делись... и в какое "когда". |
| “Please, Semph! I asked where it went… when it went?” | - А я спрашиваю, волнуют тебя твои ближние или нет. |
| “And I asked if you cared at all about anyone else?” “You know my answer… you know me! I want to know, tell me, at least what you know. Where… when…?” | - Ты и сам все прекрасно знаешь... знаешь же ты меня! Скажи. Ведь должен я, в конце концов, знать хотя бы то же, что и ты! Так куда... когда?.. |
| “Then you’ll forgive me, Linah, because I love my fellow man, too. Whenever he was, wherever he is; I have to, I work in an inhuman field, and I have to cling to that. So… you’ll forgive me…” | - Прости, Линах, но в таком случае я тоже люблю своих ближних. И не важно, в каком они "где" и в каком "когда". Я вынужден их любить. Сфера, где я работаю, жестока и бесчеловечна. Мне нельзя не любить. Так что... прости меня... |
| “What are you going to…” | - И что ты намерен?.. |
| In Indonesia they have a phrase for it: Djam Karet—the hour that stretches. | В Индонезии есть для таких вещей подходящий термин: "Djam Karet" час, что растягивается. |
| In the Vatican’s Stanza of Heliodorus, the second of the great rooms he designed for Pope Julius II, Raphael painted (and his pupils completed) a magnificent fresco representation of the historic meeting between Pope Leo I and Attila the Hun, in the year 452. | В Ватикане, в Гелиодоровых палатах - втором из огромных залов, которые Рафаэль расписал для папы Юлия Второго, - художник изобразил (а ученики закончили) величественную фреску, где представлена историческая встреча папы Льва Первого с гунном Аттилой в году 452-м от Р. X. |
| In this painting is mirrored the belief of Christians everywhere that the spiritual authority of Rome protected her in that desperate hour when the Hun came to sack and burn the Holy City. Raphael has painted in Saint Peter and Saint Paul, descending from Heaven to reinforce Pope Leo’s intervention. His interpretation was an elaboration on the original legend, in which only the Aposde Peter was mentioned —standing behind Leo with a drawn sword. And the legend was an elaboration of what little facts have come down through antiquity relatively undistorted: Leo had no cardinals with him, and certainly no wraith Aposdes. He was one of three in the deputation. The other two were secular dignitaries of the Roman state. The meeting did not take place—as legend would have us believe—just outside the gates of Rome, but in northern Italy, not far from what is today Peschiera. Nothing more than this is known of the confrontation. Yet Attila, who had never been stopped, did not raze Rome. He turned back. | На упомянутой фреске Рафаэль отобразил веру всех христиан в то, что именно духовное превосходство Рима защитило его в тот грозный час, когда нечестивый гунн явился разграбить и сжечь Священный Град всех католиков. Рафаэль, помимо всего прочего, написал там святых Петра и Павла спускающимися с небес, дабы поддержать папу Льва во время нашествия варваров. Интерпретация художника, однако, представляла собой несложную переделку первоначальной легенды, где упоминался один святой Петр. Апостол стоял позади Льва с обнаженным мечом. Сия же легенда опять-таки является первичной переработкой тех скудных сведений, что дошли из древности сравнительно неискаженными. На самом деле никаких кардиналов рядом с папой Львом и в помине не было - а уж тем более не появлялось там никаких апостольских призраков. Вся депутация, если на то пошло, состояла из трех человек. Кроме папы Льва туда входили двое представителей сугубо светских властей Римского государства. И проходила историческая встреча вовсе не у самых врат Рима, а в северной Италии - неподалеку от того места, где ныне находится Пескьера-дель Гарда. Вот, собственно, и все, что известно о противостоянии двух культур. Но ведь не стал же Аттила, который никогда прежде не останавливался на полдороге, стирать Рим с лица земли! Напротив повернул назад. |
отрывок случайной книги
(Эллисон Харлан, "Зверь, в сердце мира о любви кричащий")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |