|
[Alpha]
|
сервис для параллельного чтения книг сайт адаптирован под мобильные устройства изучайте английский язык, читая любимые книги 1500 книг в нашей базе на данный момент тексты произведений представлены с образовательной целью (изучение иностранных языков) |
full version |
|
 обратная связь
|
| ‘You are a child of miracles,’ she would say. ‘Many powers are on your side.’ | — Ты — дитя чудес, — говорила она, — у тебя великая сила. |
| For as long as my cord to other worlds remained intact, for as long as my objects were not found, this might continue to be true. | И до тех пор, пока моя ниточка тянулась в другой мир и мои предметы никто не мог обнаружить, это оставалось чистой правдой. |
| As a child I could read people’s minds. I could foretell their futures. Accidents happened in places I had just left. One night I was standing in the street with Mum when a voice said: | Ребенком я мог читать мысли людей. Я мог предсказывать им будущее. Часто события случались там, откуда я только что ушел. Однажды вечером я стоял на улице с Мамой, когда голос сказал: |
| ‘Cross over.’ | — Перейди дорогу. |
| I tugged Mum across the street and a few moments later an articulated lorry plunged into thehousewehad been standingin front of and killed an entirefamily. | Я повел Маму через дорогу, и через некоторое время в дом, возле которого мы стояли, врезался грузовик, убив целую семью. |
| Onanothernight Iwasasleep whenthegreat kingstareddownatme.Iwokeup,ran out oftheroom,andup theroad.My parentscameafterme.Theyweredraggingme back when we discovered that the compound was burning. On that night our lives changed. | В другой раз я спал, когда почувствовал, что наш великий король смотрит на меня. Я проснулся, вышел из комнаты и пошел по дороге. Родители побежали за мной. Они потащили меня обратно, и тут мы увидели, что наш барак охвачен пламенем. В ту ночь наша жизнь круто изменилась. |
| The road woke up. Men and women, all in wrappers, sleep marks on their faces, blackened lamps in their hands, crowded outside. There was no electricity in our area. The lamps, held above the heads, illuminated the strange-eyed moths, casting such a spectral glow over the disembodied faces that I felt I was again among spirits. One world contains glimpses of others. | Вся улица проснулась. Мужчины и женщины, все закутанные, со следами сна на лицах, с коптящими лампами в руках, толпились снаружи. В нашем районе не было электричества. Проносимые над головами лампы освещали странноглазых мотыльков, отбрасывая такие радужные блики на безымянные лица, что я почувствовал себя снова среди духов. Один мир содержит в себе отблески других. |
| It wasanight offires.Anowlflewlowovertheburningcompound.Theairwas full of cries. The tenants rushed back and forth with buckets of water from the nearest well. Gradually, the flames died down. Whole families stayed out in the night, huddled amongst the ragged ends of their clothes and mattresses. There was much wailingfor lost property. No onehad died. | Это была ночь огня. Сова низко летала над горящим поселком. Воздух был полон криков. Жильцы метались из стороны в сторону с ведрами воды из ближнего колодца. Постепенно пожар затухал. Целые семьи в темноте сваливали в кучи обгоревшие остатки одежды и матрацев. Столько было причитаний из-за пропавшей собственности! Никто, однако, не погиб. |
| When it was so dark that one couldn’t see the far corners of the sky and the forest lacked all definition, the landlord turned up and immediately started ranting. He threw himself on the ground. Rolling and thrashing, he unleashed a violent torrent of curses on us. He screamed that we had deliberately set his compound on fire to avoid paying the recently increased rent. | Когда стало так темно, что даже край неба слился с горизонтом, и лес превратился в неопределенное черное пятно, объявился лендлорд и немедленно начал свой концерт. Он падал на землю. Катаясь по земле и бия кулаками в грудь, он осыпал нас угрозами и проклятиями. Он кричал, что мы нарочно подожгли его поселение, чтобы не платить ренту, которую он недавно повысил. |
| ‘How am I going to get the money to rebuild the house?’ he wailed, working himself into a deaf fury. | — Откуда мне взять деньги, чтобы перестроить дом? — причитал он, доведя себя до бешеной ярости. |
| ‘All of you must pay for the damages!’ he screeched. | — Каждый из вас заплатит за ущерб! — визжал он. |
| No one paid him any attention. Our main priority was to find new accommodations. We gathered our possessions and made preparations to move. | Никто не обращал на него внимания. Нашей главной задачей было найти новое пристанище. Мы собрали наши пожитки и готовились тронуться с места. |
| ‘Everyonemuststay here!’thelandlordsaid,screaminginthedark. | — Все вы должны остаться здесь! — прокричал лендлорд, оглашая темноту. |
| He hurried away and returned an hour later with three policemen. They fell on us and flogged us with whips and cracked our skulls with batons. We fought them back. We beat them with sticks and ropes. We tore their colonial uniforms and sent them packing. They came back with reinforcements. Dad lured two of them down a side street and gave them a severe thrashing. More came at him. He was such a dervish of fury thatittooksixpolicementosubduehimandbundlehimofftothepolicestation. | Он внезапно ушел и через час вернулся с тремя полицейскими. Они набросились на нас, стегая кнутами и лупя по головам дубинками. Мы ответили им. Мы били их палками и веревками. Мы разорвали их колониальную униформу и прогнали их. Они вернулись с подкреплением. Папа выманил двоих на соседнюю улицу и хорошенько отдубасил. К ним подскочила подмога. Но Папа оказался таким дервишем ярости, что с ним смогли справиться только шесть полисменов, которые в итоге скрутили его и отвели в полицейский участок. |
| The reinforcements meanwhile lashed out at everything in sight, unleashing mayhem in a drunken fever. When they had finished fifteen men, three children, four women, two goats and a dog lay wounded along the battleground of our area. That was how the riot started. | Между тем, подошедшее подкрепление, войдя в раж, в пьяном угаре хлестали все, что шевелится. Когда они закончили, пятнадцать мужчин, трое детей, четыре женщины, два козла и собака остались лежать израненными на поле боя. Так началось восстание.* * * |
| Deep in the night it started to rain and it poured down steadily while the ghetto-dwellers raged. The rain didn’t last long but it turned the tracks into mud. It watered our fury. Chanting ancient war-songs, brandishing pikes and machetes, gangs materialised in the darkness. They stamped through the mud. At the main road, they fell on cars and buses. They attacked police vehicles. They looted shops. Then everyone began looting, burning, and overturning things. Mum, carrying me, was driven on by the frantic crowd. Along the main road she put me down in order to tighten her wrapper, in full preparation for the worst, when a caterwauling mass of people came pounding towards us. They ran right between us. They separated me from my mother. | Поздней ночью пошел дождь и лил беспрерывно, пока обитатели гетто срывали свою ярость. Дождь шел недолго, но дороги превратились в грязь. Вода оросила наш гнев. Запевая старинные песни войны, размахивая кольями и мачете, отряды создавались прямо в темноте. Они печатали шаги по грязи. У большой дороги они начали крушить автомобили и автобусы. Они нападали на полицейские машины. Они взламывали магазины. Затем каждый начал грабить, поджигать и тащить вещи к себе. Мама со мной на руках была оттиснута разбушевавшейся толпой. Идя по большой дороге, Мама положила меня, чтобы потуже затянуть набедренную повязку, готовясь к худшему, и тогда орущая толпа буквально смела нас. Люди пробежали между нами. Они разделили нас с Мамой. |
| I wandered through the violent terrain, listening to the laughter of mischievous spirits. There was a crescent moon in the sky, darkness over the houses, broken bottles and splintered wood on the road. I wandered barefoot. Fires sprouted over rubbish heaps, men were dragged out of cars, thick smoke billowed from houses. Stumbling along, looking for Mum, I found myself in a dark street. There was a solitary candle burning on a stand near an abandoned house. I heard a deep chanting that made the street tremble. Shadows stormed past, giving off a stench of sweat and rage. Drums vibrated in the air. A cat cried out as if it had been thrown on to a fire. Then a gigantic Masquerade burst out of the road, with plumes of smoke billowing from its head. I gave a frightened cry and hid behind a stall. The Masquerade was terrifying and fiery, its funereal roar filled the street with an ancient silence. I watched it in horror. I watched it by its shadow of a great tree burning, as it danced in the empty street. | Я брел по местам погрома, прислушиваясь к смеху озорных духов. В небе стоял полумесяц, темнота накрыла наши дома, дорогу устилали разбитые бутылки и обломки досок. Я шел босиком. Горели кучи мусора, людей вытаскивали из машин, густой дым валил из домов. Бредя в поисках Мамы, я очутился на темной улице. Одинокий факел на постаменте горел возле брошенного дома. Я слышал глубокие чанты*, заставлявшие дрожать улицу. Мимо меня шарахались тени, оставляя за собой зловоние пота и ярости. Воздух вибрировал от барабанного боя. Истошно кричал кот, словно его только что бросили в огонь. Затем на дорогу прорвался гигантский Маскарад, с клубами дыма, лавинами исходившими из его головы. Я испуганно закричал и спрятался за торговой палаткой. Огнедышащий Маскарад был ужасен, и в его кладбищенском рыке слышался гул самой древности. Я наблюдал за ним, дрожа от ужаса, накрытый его тенью, пока он исполнял свой танец на пустой улице. * Чант — ритмическое песнопение, исполняемое хором; часто составная часть боевого ритуала. |
| Then the darkness filled with its attendants. They were stout men with glistening faces. They held on to the luminous ropes attached to the towering figure. Dancing wildly, it dragged them towards the rioting. When it strode past, sundering the air, I crept out of my hiding place. Swirling with hallucinations, I started back towards the main road. Then suddenly several women, smelling of bitter herbs, appeared out of thedarkness.They boredownonme,andswoopedmeup intothebristlingnight. THREE | Потом темнота выпустила его спутников. Это были отважные мужчины с блестящими лицами. Они держались за светящиеся веревки, привязанные к возвышающейся фигуре. В бешеном танце они тащили ее в самое пекло бунта. Когда шествие наконец прошло мимо, я выполз из своего укрытия. Кружась в водовороте призраков, я стал продвигаться обратно к большой дороге. Затем внезапно из темноты возникли несколько женщин, пахнущих горькими травами. Они набросились на меня и, схватив, потащили в эту рассвирепевшую ночь. Глава 3 |
| THE WOMEN BOUNDED down the streets. One had a black sack, another wore glasses, a third wore boots. No one touched them or even seemed to notice them. They ran through the disturbance as if they were shadows or visitors from another realm. I didn’t utter a sound. | Женщины шли по улицам. У одной в руках был черный мешок, другая носила очки, третья была в ботинках. Никто не дотрагивался до женщин и, казалось, даже не замечал их. Они шли среди всеобщего смятения, словно тени или посланницы иной реальности. Я не произносил ни звука. |
| It wasonly whenthey stoppedatacrossroadandplacedshiningwhiteeggsonthe ground, that I noticed they all wore white smocks. Their faces were veiled. The veils had holes through which I could barely see their eyes. After they had made their offering at the crossroad they bounded on through the streets, past scenes of rioting, and into the forest. They ran through pitch darkness, through silence and mists, and into another reality in which the gigantic Masquerade was riding a white horse. The horse had jagged teeth and its eyes were diamond bright. There was a piercingcry in the air. When the Masquerade and the white horse vanished, I noticed that the forest swarmed with unearthly beings. It was like an overcrowded marketplace. Many of them had red lights in their eyes, wisps of saffron smoke came out of their ears, and gentle green fires burned on their heads. Some were tall, others were short; some were wide, others were thin. They moved slowly. They were so numerous that they interpenetrated one another. The women ran through these beings without any fear. | Только когда они остановились у перекрестка и положили белые яйца на землю, я заметил, что все они одеты в белые балахоны. Их лица были закрыты, и они смотрели в дырочки, через которые едва были видны глаза. Сделав подношения на перекрестке, они устремились дальше по улицам, мимо разрушенных домов — в лес. Они шли в кромешной тьме, тишине и тумане, в иную реальность, где гигантский Маскарад скакал на белой лошади. Лошадь скалила зубы, и глаза ее блестели как алмазы. В воздухе раздался пронзительный крик. Когда Маскарад и белая лошадь исчезли, я заметил, что лес кишит неземными тварями. Это было похоже на переполненный рынок. У многих из этих существ в глазах светились красные огоньки, легкие струйки шафранного дыма выходили из ушей, мягкий зеленый огонь горел у них на головах. Одни были высокие, другие низкие; одни были широкие, другие тонкие. Они двигались медленно, но их было такое множество, что они проникали друг в друга. Женщины шли сквозь них без тени страха. |
отрывок случайной книги
(Окри Бен, "Голодная дорога")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |