|
[Alpha]
|
сервис для параллельного чтения книг сайт адаптирован под мобильные устройства изучайте английский язык, читая любимые книги 1500 книг в нашей базе на данный момент тексты произведений представлены с образовательной целью (изучение иностранных языков) |
full version |
|
 обратная связь
|
| They couldn't speak together without their phones, but that turned out to be surprisingly advantageous, as further discussion was not on their minds. Unlike Lola, who was always complaining that he should open up and relate -- "You're a plumber," she would tell him, "how deep and mysterious is a plumber supposed to be?" -- the new woman in his life had needs that were very straightforward. She liked to walk in parks without a police escort. She liked to thoughtfully peruse the goods in Mideastern ethnic groceries. And she liked to make love to him. She was nineteen years old, and the willing sacrifice of her chastity had really burned the bridges for his little refugee. Once she got fully briefed about what went inside where, she was in the mood to tame the demon. She had big, jagged, sobbing, alarming, romantic, brink-of-the-grave things going on, with long, swoony kisses, and heel-drumming, and clutching-and-clawing. | Они не могли общаться без телефонов, но их это не смущало, да и проблемы вселенского масштаба они обсуждать не собирались. В отличие от Лолы, которая постоянно ныла, что он мало общается с людьми и не заводит нужных знакомств – "ты же водопроводчик, перед тобой все двери открыты!" – она, эта новая женщина часто восхищалась им – "а я и не догадывалась, какие водопроводчики умные и загадочные". Она так мало требовала от жизни. Она любила прогуливаться в парках без соглядатаев и провожатых, заходить в лавочки торговцев с Ближнего Востока и перебирать выставленный на лотках товар. А еще ей нравилось отдаваться ему целиком и полностью, без остатка. Ей было всего девятнадцать. Добровольно принеся на алтарь любви свою чистоту и непорочность, эта маленькая беглянка сожгла за собой все мосты, все до единого. Лишь однажды она рассказала ему немного о том мире, где жила раньше, мире, где приходится укрощать демонов страсти. А демоны, обуревавшие ею, рвались наружу; всхлипывая и рыча, извиваясь в экстазе, они дарили ему долгие, безумные поцелуи, кусались, царапались и любили его так, словно завтра конец света. |
| When they were too weak, and too raw, and too tingling to make love any more, then she would cook, very badly. She was on her phone constantly, talking to her people. These confidantes of hers were obviously women, because she asked them for Persian cooking tips. She would sink with triumphant delight into cheery chatter as the Basmati rice burned. | А затем, когда иссякали силы и они больше не могли любить друг друга, и просто лежали, дрожа и постанывая от сладостной боли, она поднималась и шла готовить еду. Готовила она отвратительно. Она беспрерывно висела на телефоне, болтая с родными и знакомыми. Наперсницами ее, по всей видимости, являлись исключительно женщины, ибо беседы велись о том, как приготовить то или иное персидское блюдо. И пока она, сияющая и ликующая, весело чирикала в трубку, на кухне пригорал басмати. |
| He longed to take her out to eat; to show her to everyone, to the whole world; really, besides the sex, no act could have made him happier -- but she was undocumented, and sooner or later some security geek was sure to check on that. People did things like that to people nowadays. To contemplate such things threw a thorny darkness over their whole affair, so, mostly, he didn't think. He took time off work, and he spent every moment that he could in her radiant presence, and she did what a pretty girl could do to lift a man's darkened spirits, which was plenty. More than he had ever had from anyone. | Как же ему хотелось повести ее в ресторан, вывести её в свет, показать всему миру. Ничто, кроме секса, не могло доставить ему большей радости. Но у нее не было документов. Рано или поздно какой-нибудь полицейский-молодчик непременно захотел бы проверить их. В наши дни такое случается. Мысли об этом доставляли ему боль и омрачали его счастье, поэтому он гнал их прочь. Он взял на работе отпуск; он неотлучно находился рядом с ней, купался в лучах исходящего от нее света. И она, эта милая девочка, возвращала ему радость жизни, щедро делясь с ним бьющим через край счастьем. Ни от кого в жизни никогда он не получал так много. |
| After ten days of golden, unsullied bliss, ten days of bread and jug wine, ten days when the nightingales sang in chorus and the reddest of roses bloomed outside the boudoir, there came a knock on his door, and it was three cops. | Десять золотых дней ничем не замутненного блаженства… Десять дней на хлебе и вине… Десять дней соловьиных трелей и распускающихся под окнами роз. Затем в дверь постучали. На пороге стояли три копа. |
| "Hello, Mr. Hernandez," said the smallest of the trio. "I would be Agent Portillo from Homeland Security, and these would be two of my distinguished associates. Might we come in?" | – Добрый день, мистер Эрнандес, – сказал один из них, коротышка. – Я, значится, агент Портилло из управления Национальной безопасности, а эти двое, стало быть, мои достопочтимые коллеги. Можно войти? |
| "Would there be a problem?" said Felix. | – А чем, собственно, обязан? – поинтересовался Феликс. |
| "Yes there would!," said Portillo. "There might be rather less of a problem if my associates here could search your apartment." Portillo offered up a handheld screen. "A young woman named Batool Kadivar? Would we be recognizing Miss Batool Kadivar?" | – Чем только не обязан! – воскликнул Портилло. – Но станете обязанным много меньше, если позволите моим товарищам обыскать вашу квартиру.– Итак, – Портилло поднес к Феликса карманный компьютер, – молодая особа Батул[2]Кадивар. Нам ведь знакомо имя Батул Кадивар, не так ли? |
| "I can't even pronounce that," Felix said. "But I guess you'd better come in," for Agent Portillo's associates were already well on their way. Men of their ilk were not prepared to take no for an answer. They shoved past him and headed at once for the bedroom. | – Да мне такое даже не выговорить, – усмехнулся Феликс. – Однако, полагаю, вам всё-таки лучше зайти, – добавил он, так как сослуживцы агента Портилло, не дождавшись приглашения, уже протискивались в прихожую. Для людей подобного рода не существует слова "нет". Оттолкнув Феликса, они ринулись прямиком в ванную. |
| "Who are those guys? They're not American." | – Что за типы? На американцев что-то не похожи. |
| "They're Iranian allies. The Iranians were totally nuts for a while, and then they were sort of okay, and then they became our new friends, and then the enemies of our friends became our friends.... Do you ever watch TV news, Mr. Hernandez? Secular uprisings, people seizing embassies? Ground war in the holy city of Qom, that kind of thing?" | – Иранцы, союзники. Какое-то время у них крыша ехала капитально, потом они, вроде бы, им полегчало и они пришли в себя, затем стали нашими новыми друзьями, а следом враги наших друзей стали нашими друзьями… Вы вообще новости по телевизору смотрите, а, мистер Эрнандес? Религиозные бунты там? Захваты посольств? Боевые действия в священном городе Куме и тому подобное? |
| "It's hard to miss," Felix admitted. "There are a billion Moslems. If they want to turn the whole planet into Israel, we don't get a choice about that. You know something? I used to be an accountant!" Portillo sighed theatrically. "'Homeland Security.' Why'd they have to stick me with that chicken outfit? Hombre, we're twenty years old, and we don't even have our own budget yet. Did you see those gorillas I've got on my hands? You think these guys ever listen to sense? Geneva Convention? U.S. Constitution? Come on." | – Спасибо, я в курсе.– Мусульмане – да их миллиард целый. Если им вздумается превратить нашу планету в Израиль, они ведь превратят, мы и пикнуть не успеем. Эх, когда-то я был простым бухгалтером! – Портилло театрально вздохнул. – А теперь? Национальная безопасность. Поглядите на меня, на эту форму! Я в ней, как пугало огородное! Э, hombre[3], мы уже двадцать один год как существуем, а финансируют нас до сих пор из рук вон плохо. А эти гориллы, мои коллеги! Вы думаете, для них что-то значит голос разума? Женевская конвенция? Конституция США? Не смешите меня! |
| "They're not gonna find any terrorists in here." | – Ну, кого-кого, а террористов они здесь точно не найдут. |
| Portillo sighed again. "Look, Mr. Hernandez. You're a young man with a clean record, so I want to do you a favor." He adjusted his handheld and it showed a new screen. "These are cell phone records. Thirty, forty calls a day, to and from your number. Then look at this screen, this is the good part. Check out her call records. That would be her aunt in Yerevan, and her little sister in Teheran, and five or six of her teenage girlfriends, still living back in purdah.... Who do you think is gonna pay that phone bill? Did that ever cross your mind?" | Портилло снова вздохнул. – Послушайте, мистер Эрнандес. Вы человек молодой, досье у вас чистое, я хочу вам помочь. |
| Felix said nothing. | Он достал налодонник и посмотрел на экран – Вот запись входящих и исходящих звонков. Тридцать, а то и сорок звонков в день с вашего телефона и на ваш. А теперь посмотрим сюда. Прелестная картинка, что скажете? Проверим, куда звонила особа, нас особо интересующая. Так, это, должно быть, ее тетя из Еревана, это – сестренка из Тегерана, а это пять или шесть ровесниц-подружек, все еще живущих в средневековье и носящих паранджу… Кто, по вашему, собирается оплачивать эти счета, а? Никогда об этом не задумывались? |
| "I can understand this, Mr. Hernandez. You lucked out. You're a young, red-blooded guy and that is a very pretty girl. But she's a minor, and an illegal alien. Her father's family has got political connections like nobody's business, and I would mean nobody, and I would also mean business." | Феликс промолчал. – Я все понимаю, мистер Эрнандес. Вы поймали удачу за хвост. Вы молоды, кровь бурлит, девушка несказанно хороша собой. Но, видите ли, она несовершеннолетняя, к тому же нелегальный иммигрант. Политические связи ее отца просто поразительные, вам такие и не снились. Я подчеркиваю – поразительные и не снились. |
| "Not my business," Felix said. | – Мне поразительно ничего не снится, – съязвил Феликс. |
| "You're being a sap, Mr. Hernandez. You may not be interested in war, but war is plenty interested in you." There were loud crashing, sacking and looting noises coming from his bedroom. | – Не валяйте дурака, мистер Эрнандес. Вы-то, возможно, пацифист, но именно из-за вас может вспыхнуть самая настоящая война. |
| "You are sunk, hermano. There is video at the Lebanese grocery store. There is video hidden in the traffic lights. You're a free American citizen, sir. You're free to go anywhere you want, and we're free to watch all the backup tapes. That would be the big story I'm relating here. Would we be catching on yet?" "That's some kind of story," Felix said. | Из ванной послышался страшный грохот – ни дать ни взять орудующая там банда мародеров, пытаясь утащить награбленное, сметала все на своем пути.– Ну, и вляпались же вы, hermano[4]. У ливанца, в его бакалейном магазинчике, есть видеокамера. В каждом светофоре есть видеокамера. Сэр, вы – свободный американский гражданин и вольны идти, куда вам там заблагорассудится, а мы, мы вольны прокрутить запись и посмотреть, куда это вы направляетесь. История, в которую вы ввязались, грандиозна. До вас всё ещё не дошло? – Всё ещё доходит, – ответил Феликс. |
| "You don't know the half of it. You don't know the tenth." | – Вы не соображаете, что происходит. Вы и половины всего не знаете. Даже десятой части. |
| The two goons reappeared. There was a brief exchange of notes. They had to use their computers. | Две полицейские образины наконец-то вынырнули из ванной. Троица быстро обменялась сообщениями. Для этого несчастным агентам пришлось воспользоваться компьютерами. |
отрывок случайной книги
(Брюс Стерлинг, "В раю")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |