|
[Alpha]
|
сервис для параллельного чтения книг сайт адаптирован под мобильные устройства изучайте английский язык, читая любимые книги 1500 книг в нашей базе на данный момент тексты произведений представлены с образовательной целью (изучение иностранных языков) |
full version |
|
 обратная связь
|
| him. With an effort, the First held herself as still as the Haruchai. | Великан словно стал меньше ростом, и ему большого труда стоило выдавить из себя: — На корабль было совершено нападение. Хоннинскрю зашипел сквозь зубы, руки Мечтателя бессознательно вцепились в подушку. Первая встретила эту новость с бесстрастностью харучая (что далось ей нелегко). |
| “After your departure”-his tale made Pitchwife awkward — “the Harbour Captain complied with Rire Grist's commands. Stores were opened to us-food, water, and stone in abundance. Ere sundown, our holds were replenished, and with my pitch I had wived the side of Starfare's Gem, restoring it to seaworthiness-though much labour awaits me to repair the other damages.” He had to struggle against his instinctive desire to describe his work in detail. But he coerced himself to relate the pith of his tidings, nothing more. "No harm or suggestion of harm was offered to us, and even the Harbour Captain swallowed some measure of his affronted pride. “But it is well for us that Sevinhand Anchormaster holds caution in such esteem. At day's end, watches were set at all points, both within and upon the dromond. In my folly, I felt secure, for the moon rose nigh to fullness above Bhrathairain, and I conceived that no hurt could accost us unseen. But moonlight also cast a sheen upon the waters, concealing their depths. And while the moon crested above us, the watch which Sevinhand had set within Starfare's Gem heard unwonted sounds through the hull.” | — Сразу после вашего отъезда,- начал рассказывать Красавчик, с трудом подбирая слова, — капитан порта поспешил исполнить приказ Раера Криста. Двери всех складов были для нас распахнуты: пища, вода, камень… Короче, полное изобилие. Еще до заката наши кладовые были забиты под завязку, а я заштопал борт «Геммы». Но дел оставалось еще немало…- Он чуть было по привычке не пустился в описание любимой работы во всех подробностях, но, вспомнив, где находится, заставил себя говорить о более важных вещах. — Все вели себя с нами дружелюбно, даже капитан порта смирился с тем, что мы оскорбили его достоинство. К счастью для нас, якорь-мастер не обманулся всем этим и приказал на ночь выставить дозорных. А я, дурак, видя полную луну над Бхратхайрайнией, был свято убежден, что при таком ярком свете ни одна опасность не подкрадется к нам незамеченной. Но лунный свет превратил весь залив в зеркало, скрывая то, что таилось в его глубинах. Так вот, когда луна поднялась в зенит, один из дозорных в трюме услышал непонятный стук. |
| Removing Ceer's splint, Linden finished cleaning his wounds. Then she turned her penetration to the medicaments Rire Grist's aide had provided. Clearly, the Bhrathair had a wide-ranging medical knowledge-the fruit of their violent history. She found cleansing salves, febrifuges, narcotic balms: drugs which promised effectiveness against a variety of battle hurts. They appeared to have been produced from the various sands and soils of the Great Desert itself. She chose an unguent for antisepsis and a balm for numbness, and began applying them to Ceer's leg. | Линден уже закончила обработку ран и достала осколки, до которых сумела добраться. Теперь она занялась изучением снадобий, которые принес помощник кайтиффина. Судя по всему, бхратхайры были искусными врачевателями. Она обнаружила дезинфицирующие и жаропонижающие настои, бальзамы с наркотическим действием и множество других порошков и мазей, годящихся на все случаи жизни. Это был результат многовековой практики. Линден отобрала что-то вроде антисептика и мазь, которая с успехом могла заменить новокаин. |
| But she did not miss a word of Pitchwife's tale. | Но при этом она не пропустила ни одного слова из рассказа Красавчика. |
| “At once,” he said, “Sevinhand asked for divers. Galewrath and Mistweave replied. Quietly entering the waters, they swam to the place the watch indicated, and there with their hands they discovered a large object clinging among the barnacles. Together they wrested it from the hull, bearing it with them to the surface. But Sevinhand instantly commanded them to discard it. Therefore they cast it to the pier, where it became an exploding fire which wrought great damage-though not to Starfare's Gem.” In grim irony, he continued, "To my mind, it is somewhat odd that no man or woman from all Bhrathairain came to consider the cause of that blast.“ Then he shrugged. ”Nonetheless, Sevinhand's caution was not appeased. At his word, Galewrath Storesmaster and others explored all the outward faces of the Giantship with their hands, seeking further perils. None were found. | — Якорь-мастер тут же вызвал ныряльщиков. Сотканный-Из-Тумана и Яростный Шторм бесшумно прыгнули в воду и поплыли к тому месту, откуда доносился подозрительный шум. И там они обнаружили некий довольно большой предмет, приклеившийся к борту. Вдвоем они оторвали его и подняли на поверхность. Но якорь-мастер, только взглянув на него, приказал немедля отбросить его подальше. Его швырнули на пирс, и он тут же взорвался, изрядно разворотив все вокруг. Но «Звездная Гемма» при этом нисколько не пострадала. По мне, так это очень странно, — продолжал он с мрачной иронией, — что на такой салют не сбежалась половина порта. Но якорь-мастер не успокоился: ныряльщики обшарили каждую пядь днища на случай, если там окажется еще один подобный подарочек. Но так больше ничего и не нашли. |
| “In the dawn,” he concluded, “I came in search of you. Without hindrance I was admitted to the First Circinate. But there I was given to understand”-he grimaced wryly-“that I must await you.” His eyes softened as he regarded the First. 'The wait was long to me." | А я с самого утра отправился к вам. Меня без звука пропустили в первый ярус, где сообщили, что мне придется там сидеть, пока вы не придете. Мне казалось, что я ждал целую вечность. — Последняя фраза вместе с нежным взглядом была явно адресована Первой. |
| Honninscrave could not contain himself. He stepped forward, required the First to look at him. “We must return to Starfare's Gem.” He was urgent for his ship. “We must flee this Harbour. It is intolerable that my dromond should fall prey to these Bhrathair- and I here helpless.” | Хоннинскрю больше не мог сдерживаться и решительно шагнул к Первой, заставив ее посмотреть на себя: — Мы должны вернуться на «Звездную Гемму» и убраться отсюда поскорее. Я не могу допустить, чтобы мой корабль стал добычей этих бхратхайров! |
| The First replied darkly, “Yes.” But she retained her command over him. “Yet the Chosen is not done. Grimmand Honninscrave, relate to Pitchwife what has transpired among us here.” | — Да, — мрачно согласилась Первая. — Но Избранная еще не закончила. Гримманд Хоннинскрю, я прошу тебя рассказать Красавчику о том, что мы здесь пережили. |
| For a moment, the Master's visage knotted as if her order were cruel. But it was not: it gave him a way to contain his apprehension. He scowled like a fist, and his beard bristled with ire; but he obeyed. In words like the pieces of the gaddhi's medallion, he told Pitchwife what had happened. | Капитан нахмурился, словно ее просьба была слишком жестока. Но потом, поняв, что таким образом он может хоть немного разрядиться, словами, острыми, как черные обломки медальона гаддхи, поведал Красавчику все, что с ними произошло. |
| Linden listened to him as she had to Pitchwife and clasped her promises within her. While Seadreamer supported Ceer's leg, she spread medicaments over his thigh and knee. Then she cut the linen into strips for bandages. Her hands did not hesitate. When she had wrapped his leg from midthigh to calf in firm layers of cloth, she reset the splints. | Слушая его, Линден с помощью Мечтателя смазала раны Кира отобранными снадобьями и порвала льняную ткань на бинты. Не торопясь, тщательно и аккуратно она наложила повязки, а затем снова прибинтовала шину. |
| After that, she had Seadreamer lift Ceer into a sitting position while she strapped his shoulder to stabilize it. The Haruchai's eyes were glazed with pain; but his mien remained as stolid as ever. When she was done with his shoulder, she lifted a flagon of diluted wine to his mouth and did not lower it until he had replaced a good measure of the fluid he had lost. | Потом она попросила Мечтателя приподнять Кира и подержать в сидячем положении, пока она будет обрабатывать плечо. Глаза харучая были затуманены болью, но в остальном его лицо оставалось непроницаемым, как всегда. Закончив перевязку, Линден поднесла к губам больного фляжку с разбавленным вином. |
| And all the time Honninscrave's words reached her ears starkly, adumbrating Hergrom's death until she seemed to relive it while she tended Ceer. The stubborn extravagance or gallantry of the Haruchai left her overtaut and certain. When the Master finished, she was ready. | Слушая рассказ Хоннинскрю, который скупыми словами описывал смерть Хигрома, Линден начала постепенно смиряться со случившимся, тем более что Кир так нуждался в ее заботе, и привычная работа успокаивала ее. Закончив, Линден стала складывать медикаменты. В тот же момент капитан закончил свое повествование. |
| Pitchwife was groping to take in everything he had heard. “This gaddhi” he murmured in fragments. “As you have described him. Is he capable of enacting such a chicane?” | Красавчик был потрясен. Он не мог поверить своим ушам. — Этот гаддхи… — наконец процедил он. — То, как вы его описали… Вы думаете, что он способен провернуть такое в одиночку? |
| Linden rose to her feet. Though his question had not been directed at her, she answered, “No.” | Хотя вопрос адресовался не лично ей, Линден выпрямилась и ответила: — Нет. |
| He looked at her, strove for comprehension. “Then-” | — А значит… — Глаза Красавчика блеснули. |
| “It was Kasreyn from the beginning.” She bit out the words. “He controls everything, even when Rant Absolain doesn't realize it. He must have told the gaddhi exactly what to do. To get Hergrom killed. And he doesn't want us to know it,” she went on. “He wants us to be afraid of Rant Absolain instead of him. He failed with Covenant once. He's trying to get another chance. Maybe he thinks we'll ask him to save us from the gaddhi.” “We must flee this place,” Honninscrave insisted. | — А значит, за всем этим стоит Касрейн, — отчеканила она — Он вездесущ, он держит под контролем всех. Даже Рант Абсолиан не осознает этого полностью. Это кемпер внушил гаддхи, что делать. Это он приказал ему убить Хигрома. Но он не хотел, чтобы мы догадались о его роли в этом деле. Он хотел, чтобы мы боялись Ранта Абсолиана, а не его. Один раз он уже добрался до Ковенанта, но потерпел неудачу. Но обязательно сделает еще одну попытку. Может, он надеется, что мы побежим к нему искать защиты от гаддхи. |
| Linden did not look at him. She faced the First. “I've got a better idea. Let's go to Rant Absolain. Ask his permission to leave.” | — Надо сматываться, — повторил капитан. Линден обернулась к Первой: — У меня появилась идея. А что если мы пойдем к Ранту Абсолиану и попросим у него разрешения на отъезд? |
| The First gauged Linden with her iron gaze. “Will he grant us that?” | — Ты думаешь, он нас отпустит? — сощурилась Великанша. |
| Linden shrugged. “It's worth a try.” She was prepared for that eventuality as well. | Линден пожала плечами: — Попытка — не пытка. |
| With an inward leap, the First made her decision. Pitchwife's presence, and the prospect of action, seemed to restore her to herself. Striding out into the corridor, she shouted to the Guards that waited within earshot, “Summon the Caitiffin Rire Grist! We must speak with him!” | Первая кивнула: она уже приняла решение. Присутствие Красавчика приободрило ее, она снова стала самой собой. Она быстро прошла по коридору и крикнула первому же стражу: |
отрывок случайной книги
(Дональдсон Стивен, "Первое Дерево")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |