[Alpha]

сервис для параллельного чтения книг

сайт адаптирован под мобильные устройства

изучайте английский язык, читая любимые книги

1500 книг в нашей базе на данный момент

тексты произведений представлены с образовательной целью (изучение иностранных языков)

Read	Читайте
books	книги
in English	на английском
with	с
paraller	параллельным
translation	переводом

Логин:
Почта:
Пароль:
Подтвердите пароль:

By now all the gates would be closed against me. If the dimarchi had not already ridden forth, they would do so before I reached the level land beside the river; but I was determined to see Dorcas once more before I left the city, and, somehow, I had no doubt of my ability to do so. I was just beginning to turn over plans for escaping the walls afterward when a new light flared out far below.	К этому часу все ворота были для меня уже закрыты. Если димархии архона еще не высыпали на городские улицы, они, несомненно, будут там прежде, чем я доберусь до берега реки; однако я решил не покидать города, не повидавшись с Доркас, и почему-то был уверен, что мне это удастся. Я было принялся изобретать план бегства, поскольку мне предстояло пройти через охрану крепостной стены, как вдруг заметил вспыхнувший далеко внизу новый огонь.
It was small at that distance, no more than a pinprick like all the others; yet it was not like them at all, and perhaps my mind only registered it as light because I knew nothing else to liken it to. I had seen a pistol fired at full potential that night in the necropolis when Vodalus resurrected the dead woman — a coherent beam of energy that had split the mists like lightning. This fire was not like that, but it was more nearly like that than like anything else I could call to mind. It flared briefly and died, and a heartbeat afterward I felt the wash of heat upon my face.	На расстоянии он казался совсем крошечным, не больше булавочной головки, и все же он не был похож на прочие; в моем сознании он запечатлелся как огонек лишь потому, что соотнести его было больше не с чем. Однажды мне пришлось видеть мощный пистолетный выстрел — той ночью в некрополе, когда Водалус поднимал из могилы мертвую женщину, — насыщенный поток энергии подобно молнии, расколовший сумрак. Огонь, который я видел сейчас, был иным, и все же память моя сближала их. На краткий миг он вспыхнул и угас, и, не успел я дождаться следующего удара сердца, как жаркая волна хлынула мне в лицо.
Somehow I missed the little inn called the Duck’s Nest in the dark. I have never known if I took a wrong turning or merely walked past the shuttered windows without glimpsing the sign hanging overhead. However it happened, I soon found myself farther from the river than I should have been, striding along a street that ran for a time at least parallel to the cliff, with the smell of scorched flesh in my nostrils as at a branding. I was about to retrace my steps when I collided in the dark with a woman. So hard and unexpectedly did we strike each other that I nearly fell, and as I went reeling back, I heard the thud of her body on the stone. “I didn’t see you,” I said as I reached down for her. “Run! Run!” she gasped. And then, “Oh, help me up.” Her voice was faintly familiar.	В темноте я не смог отыскать постоялый двор «Утиное гнездышко». Может быть, я свернул не на ту улицу, а может, просто прошел мимо забранных ставнями окон и не заметил над головой вывески — не знаю. Как бы то ни было, вскоре я очутился гораздо дальше от реки, чем мне следовало: я шагал по улице, ведущей прямо в гору — во всяком случае, пока я по ней шел, — и мои ноздри разъедал запах горелого мяса, словно рядом клеймили скот. Я уже собирался повернуть назад, но в этот миг столкнулся с темноте с женщиной. Мы ударились друг о друга так неожиданно и сильно, что я чуть не упал, и, отлетая в сторону, услышал, как ее тело рухнуло на камни мостовой. — Я не заметил тебя, — сказал я и протянул руку в ее сторону. — Беги, беги! — задыхалась она. — Ох, помоги мне встать! — Ее голос показался мне знакомым.
“Why should I run?” I pulled her to her feet. In the faint light I could see the blur of her face, and even, I thought, something of the fear there.	— Почему я должен бежать? — Я поднял ее на ноги. В тусклом свете я едва мог разглядеть черты ее лица, как мне показалось, искаженные ужасом.
“It killed Jurmin. He burned alive. His staff was still on fire when we found him. He…” Whatever she had begun to say after that trailed off into sobs.	— Оно убило Юрмина. Он сгорел заживо. Когда мы его нашли, его посох еще догорал. Он… — Рыдания заглушили ее слова.
“What burned Jurmin?” When she did not answer, I shook her, but that only made her weep the harder. “Don’t I know you? Talk, woman! You’re the mistress of the Duck’s Nest. Take me there!”	— Что сожгло Юрмина? — Она не отвечала. Я тряхнул ее за плечи, но она разрыдалась еще пуще. — Да я тебя знаю. Ты будешь наконец говорить, женщина? Ты хозяйка «Утиного гнездышка». Веди меня туда!
“I can’t,” she said. “I’m afraid. Give me your arm, please, sieur. We ought to get inside.”	— Не могу, — всхлипывала она. — Я боюсь. Дай мне твою руку, сьер. Нам нельзя оставаться на улице.
“Fine. We’ll go to the Duck’s Nest. It can’t be far — now what is this?”	— Прекрасно. Мы пойдем к «Утиному гнездышку». Оно, должно быть, недалеко — но что это?
“Too far!” She wept. “Too far!” There was something in the street with us. I do not know whether I had failed to detect its approach, or it had been undetectable until then; but it was suddenly present. I have heard people who have a horror of rats say they are aware of them the moment they enter a house, even if the animals are not visible. It was so now. There was a feeling of heat without warmth; and though the air held no odor, I sensed that its power to support life was being drained away.	— Слишком далеко! — стенала она. — Слишком далеко! Мы были не одни на улице. Не знаю, проглядел ли я приближение этого существа или оно незримо присутствовало все это время, только вдруг оно возникло рядом. Мне приходилось слышать о людях, которые панически боятся крыс и чувствуют их присутствие в доме с момента появления, даже если самих крыс не видно. Похожее чувство овладело теперь и мной. Меня бросило в жар, но не согрело; и, хотя в воздухе отсутствовал какой-либо запах, я ощутил, как убывает из него животворящая сила.
The woman seemed still unaware of it. She said, “It burned three last night near the harena, and one tonight, they said, close by the Vincula. And now Jurmin. It’s looking for somebody — that’s what they say.”	Женщина как будто ничего не замечала. — Прошлой ночью около арены оно сожгло троих, — говорила она, — а сегодня, недалеко от Винкулы, еще одного. А теперь вот и Юрмина. Оно кого-то ищет — так говорят.
I recalled the notules and the thing that had snuffled along the walls of the antechamber of the House Absolute, and I said, “I think it has found him.”	Я припомнил ночниц и существо, шмыгнувшее вдоль стен вестибюля Обители Абсолюта, и сказал: — Похоже, оно нашло, что искало.
I let her go and turned, then turned again, trying to discover where it was. The heat grew, but no light showed. I was tempted to take out the Claw so as to see by its glow; then I recalled how it had waked whatever slept beneath the mine of the man-apes, and I feared the light would only permit this thing — whatever it might be — to locate me. I was not sure my sword would be more effective against it than it had been against the notules when Jonas and I had fled them through the cedar wood; nevertheless, I drew it.	Я отпустил женщину и принялся озираться по сторонам, пытаясь обнаружить его местонахождение. Жар усиливался, но света не было видно. Я потянулся за Когтем, чтобы осмотреться в его сиянии, но вовремя вспомнил, как в его присутствии пробудилось нечто спящее под шахтой, где жили обезьянолюди, и испугался, что существо — чем бы оно ни было — только обнаружит меня благодаря новому источнику света. Я также не был уверен, что мой меч не окажется столь же бессилен против него, как против ночниц, когда мы с Ионой мчались от них через кедровые заросли; и все-таки Коготь я достал.
Almost at once there was a clatter of hooves and a yell as two dimarchi thundered round a corner no more than a hundred strides away. Had there been more time I would have smiled to see how closely they corresponded to the figures I had imagined. As it was, the firework glare of their lances outlined something dark and crooked and stooped that stood between us.	Почти тотчас раздался топот копыт и гиканье: не далее чем в ста шагах от меня из-за угла вылетели двое димархиев. Я даже не успел улыбнуться при мысли, сколь сильно они походили на образы, вызванные моей памятью. Яркое пламя их факелов высветило между нами нечто темное, свернувшееся кольцами у самой земли.
It turned toward the light, whatever it was, and seemed to open as a flower might, growing tall more swiftly, almost, than the eye could follow it, thinning until it had become a creature of glowing gauze, hot yet somehow reptilian, as those many-colored serpents we see brought from the jungles of the north are reptilian still, though they seem works of colored enamel. The mounts of the soldiers reared and screamed, but one of the men, with more presence of mind than I would have shown, fired his lance into the heart of the thing that faced him. There was a flare of light.	Оно обернулось на свет и стало разворачиваться, точно распускающийся цветок, увеличиваясь так стремительно, что взгляд не успевал следить за его ростом; оно становилось прозрачнее и наконец предстало существом с телом, подобным мерцающей вуали, жарким, однако же напоминающим рептилию, одну из тех пестроцветных змей из северных джунглей, которые так похожи на эмалевые игрушки, и все же они настоящие. Лошади поднялись на дыбы и громко заржали; один из димархиев, более меня владевший собой, метнул копье прямо в сердце повернувшегося к нему чудовища. Тьму прорезал ослепительный всполох света.
The hostess of the Duck’s Nest slumped against me, and I, not wishing to lose her, supported her with my free arm. “I think it’s seeking living heat,” I told her. “It should go for the destriers. We’ll get away.”	Хозяйка «Утиного гнездышка» тяжело навалилась на меня, и я, не желая упустить ее, поддержал женщину свободной рукой.
Just as I spoke, it turned toward us. I have already said that from behind, when it opened itself toward the dimarchi, it seemed a reptilian flower. That impression persisted now when we saw it in its full terror and glory, but it was joined by two others. The first was the sensation of intense and otherworldly heat; it seemed a reptile still, but a reptile that burned in a way never known on Urth, as though some desert asp had dropped into a sphere of snow. The second was of raggedness fluttering in a wind that was not of air. It seemed a blossom still, but it was a blossom whose petals of white and pale yellow and flame had been tattered by some monstrous tempest born in its own heart.	— Кажется, оно ищет живое тепло, — успокаивал я ее. — Оно наверняка последует за лошадьми, и мы убежим. Пока я говорил, существо оборотилось к нам. Я уже упоминал, что сзади, раскрываясь навстречу димархиям, оно походило на змеевидный цветок. Это впечатление сохранилось и теперь, когда чудовище предстало перед нами во всем своем пугающем великолепии, но к нему примешивались два других. Первым пришло ощущение сильнейшего, словно исходившего из иного мира зноя; существо оставалось рептилией, однако эта рептилия дышала неведомым на Урсе пламенем, будто привыкшая к жаркому солнцу пустынь змейка под снегопадом. Вторым — образ рваной, трепещущей на ветру плоти, однако ветер тот не был потоком воздуха. Существо по-прежнему напоминало цветок, но лепестки этого цветка — белые, бледно-желтые и пламенные — были искалечены неким жестоким ураганом, поднимавшимся из самого сердца чудовища.
In all these impressions, surrounding them and infusing them, was a horror I cannot describe. It drew all resolution and strength from me, so that for that moment I could neither flee nor attack it. The creature and I seemed fixed in a matrix of time that had nothing to do with anything that had gone before or since, and that, since it held us who were its only occupants immobile, could be altered by nothing.	Сильнее этих ощущений был вездесущий, всепроникающий, не поддающийся человеческому описанию ужас. Он выжал из меня все силы, лишил воли, и я был не в состоянии ни атаковать, ни спасаться бегством. Чудовище и я словно застыли во временной матрице, где все, что было, и все, что будет, теряло смысл, где мы, ее единственные обитатели, стояли недвижимы, и потому всякие перемены исключались.
A shout broke the spell. A second party of dimarchi had galloped into the street behind us, and seeing the creature were lashing their mounts to the charge. In less than the space of a breath they were boiling around us, and it was only by the intercession of Holy Katharine that we were not ridden down. If I had ever doubted the courage of the Autarch’s soldiery I lost those doubts then, for both parties hurled themselves upon the monster like hounds upon a stag.	Внезапный крик разрушил чары. Второй отряд димархиев на полном скаку вылетел на улицу позади нас: увидав чудовище, они принялись нахлестывать коней, чтобы ринуться в атаку. Не успел я и глазом моргнуть, как они уже сгрудились вокруг нас, и только благодаря вмешательству Святой Катарины мы не оказались затоптаны в землю. Если я когда-нибудь и сомневался в отваге воинов Автарха, теперь все сомнения рассеялись — оба отряда накинулись на чудовище, как свора на матерого оленя.
It was useless. There came a blinding flash and the sensation of fearful heat. Still holding the half-unconscious woman, I sprinted down the street.	Напрасно. Явилась ослепительная вспышка света, и нас обдало волной невыносимого жара. Не выпуская полумертвую от страха женщину, я бросился вниз по улице.
I meant to turn where the dimarchi had entered it, but in my panic (and it was panic, not only my own, but that of Thecla screaming in my mind) I rounded the corner too late or too soon. Instead of the steep descent to the lower city I expected, I found myself in a little, stub-end court built on a spur of rock jutting from the cliff. By the time I realized what was wrong, the creature, now again a twisted, dwarfish thing but radiating a terrible and invisible energy, was at the mouth of the court. ,	Я намеревался свернуть за угол, откуда появились димархии, но в панике (порожденной не только моим собственным страхом, это Текла кричала в моем сознании) я поторопился свернуть либо, напротив, пропустил поворот. Вместо ожидаемого крутого спуска в нижнюю часть города я увидел перед собой тупик — дворик, приютившийся на выступающей из скалы плоской плите. Пока я сообразил, в чем моя ошибка, чудовище, будто стелющееся кольцами существо, источающее невидимую глазу страшную энергию, появилось у входа во дворик.

Авторы

Книги

Разделы