|
[Alpha]
|
сервис для параллельного чтения книг сайт адаптирован под мобильные устройства изучайте английский язык, читая любимые книги 1500 книг в нашей базе на данный момент тексты произведений представлены с образовательной целью (изучение иностранных языков) |
full version |
|
 обратная связь
|
| Was this a hill or a mountain? At what height does a hill become a mountain? Why don't they manufacture something out of the silver bark of birch trees? It looks so useful and valuable. The best things in America are chipmunks, and oyster stew. In the evening darkness doesn't really fall, it rises. When you sit on top of a mountain and watch the sun go down behind the mountain opposite, the darkness rises up to you out of the valley. Will the birds one day lose their fear of man? It must be centuries since man has killed a small bird for food in these woods, yet they are still afraid. Who was this Ethan Allen who commanded the Green Mountain Boys of Vermont? Now, in American motels, they advertise Ethan Allen furniture as an attraction. Why? Did he make furniture? Army boots should have rubber soles like these. | Интересно, это холм или гора? На какой высоте холм становится горой? Отчего серебристая кора берез никак не используется — ведь из нее можно было бы изготовлять очень полезные и ценные вещи? Лучшее, что есть в Америке, это бурундуки и жаркое из устриц. Вечером темнота на самом деле не опускается, а поднимается. Если сидеть на вершине горы и наблюдать, как солнце опускается за противоположную вершину, то темнота поднимается вверх из долины прямо к вашим ногам. Перестанут ли птицы когда-нибудь бояться человека? Прошло, должно быть, не одно столетие с тех пор, как в этих лесах человек последний раз убил мелкую птицу, чтобы приготовить себе пищу, а они все еще его боятся. Что был за человек Этан Аллен, который стоял во главе отряда парней с Зеленых гор Вермонта? Сейчас в американских мотелях для привлечения клиентуры рекламируется мебель Этана Аллена. Интересно, почему? Он что, сам изготовлял мебель? Армейские ботинки должны иметь резиновые подошвы, как на моих сапогах. |
| With these and other random thoughts Bond steadily climbed upwards and obstinately pushed away from him the thought of the four faces asleep on the white pillows. | Размышляя на эти и другие внезапно возникавшие у него в голове темы, Бонд шаг за шагом поднимался в гору, упорно отгоняя от себя мысль о тех четверых, которые спали сейчас на белых подушках. |
| The round peak was below the tree-line and Bond could see nothing of the valley below. He rested and then chose an oak tree, and climbed up and out along a thick bough. Now he could see everything — the endless vista of the Green Mountains stretching in every direction as far as he could see, away to the east the golden ball of the sun just coming up in glory, and below, two thousand feet down a long easy slope of treetops broken once by a wide band of meadow, through a thin veil of mist, the lake, the lawns and the house. | Круглая вершина оказалась ниже уровня деревьев, и Бонд потерял из вида лежащую внизу долину. Немного передохнув, он выбрал подходящий дуб и взобрался на одну из его крепких боковых ветвей. Теперь перед его глазами открылась вся картина — нескончаемый массив Зеленых гор, простиравшихся во все стороны до самого горизонта, восходящий далеко на востоке ослепительный золотистый диск солнца, а под собой — на две тысячи футов полого спускающиеся верхушки деревьев с вкраплением лишь одной поляны и сквозь тонкую пелену тумана — озеро, лужайки и сам дом. |
| Bond lay along the branch and watched the band of pale early morning sunshine creeping down into the valley. It took a quarter of an hour to reach the lake, and then seemed to flood at once over the glittering lawn and over the wet slate tiles of the roofs. Then the mist went quickly from the lake and the target area, washed and bright and new, lay waiting like an empty stage. | Бонд прильнул всем телом к ветке дерева, наблюдая, как ранний бледный солнечный свет заполняет долину. Минут через пятнадцать лучи солнца достигли озера и сразу же как бы заиграли на блестящей поверхности лужайки и мокрых черепицах крыши. Дымка над озером быстро исчезла, и перед глазами появилась, как на пустой сцене, вся умытая росой, яркая и четкая цель. |
| Bond slipped the telescopic sight out of his pocket and went over the scene inch by inch. Then he examined the sloping ground below him and estimated ranges. From the edge of the meadow, which would be his only open field of fire unless he went down through the last belt of trees to the edge of the lake, it would be about five hundred yards to the terrace and the patio, and about three hundred to the diving-board and the edge of the lake. What did these people do with their time? What was their routine? Did they ever bathe? It was still warm enough. Well, there was all day. If by the end of it they had not come down to the lake, he would just have to take his chance at the patio and five hundred yards. But it would not be a good chance with a strange rifle. Ought he to get on down straight away to the edge of the meadow? It was a wide meadow, perhaps five hundred yards of going without cover. It would be as well to get that behind him before the house awoke. What time did these people get up in the morning? | Бонд достал из кармана оптический прицел и осмотрел каждый дюйм открывшейся картины. Затем изучил склон перед собой и прикинул возможное расстояние. От края поляны — единственного места, откуда можно было вести прямой огонь, не считая участка после последней полосы деревьев у кромки озера, — было примерно пятьсот ярдов до террасы и внутреннего дворика и около трехсот — до трамплина и края воды. Интересно, как эти люди проводят время? Чем они обычно занимаются? Ходят ли купаться? Погода была все еще довольно теплой. Ну что ж, в его распоряжении целый день. Если к вечеру они так и не выйдут к озеру, ему ничего не останется, как проверить свою меткость на расстоянии в пятьсот ярдов и достать их во внутреннем дворике. Но при стрельбе из чужой винтовки на это рассчитывать трудно. Быть может, стоит сразу переместиться на край поляны? Поляна была широкой, ярдов пятьсот пришлось бы двигаться в открытую. Пожалуй, стоит это сделать до того, как люди в доме проснутся. Кто знает, когда они по утрам встают? |
| As if to answer him, a white blind rolled up in one of the smaller windows to the left of the main block. Bond could distinctly hear the final snap of the spring roller. Echo Lake! Of course. Did the echo work both ways? Would he have to be careful of breaking branches and twigs? Probably not. The sounds in the valley would bounce upwards off the surface of the water. But there must be no chances taken. | Как бы в ответ на его вопрос в одном из небольших окон слева от основного здания белые жалюзи поползли вверх, и Бонд услышал громкий щелчок закрепляющего их в крайнем верхнем положении механизма. Да ведь это эхо! Недаром и озеро так называется. Слышно ли его в доме, если звук исходит отсюда? Надо ли стараться не наступать на ветки и засохшие побеги? Наверно, нет. В долине звук отражается от поверхности воды и распространяется вверх. Однако рисковать не следует. |
| A thin column of smoke began to trickle up straight into the air from one of the left-hand chimneys. Bond thought of the bacon and eggs that would soon be frying. And the hot coffee. He eased himself back along the branch and down to the ground. He would have something to eat, smoke his last safe cigarette and get on down to the firing point. | Из трубы с левой стороны в небо поползла слабая струйка дыма. “Скоро начнут готовить яичницу с беконом и кофе”, — подумал Бонд. Он осторожно отполз назад по ветке и спустился на землю. Сейчас он тоже перекусит, последний раз спокойно выкурит сигарету и окончательно переместится к линии огня. |
| The bread stuck in Bond's throat. Tension was building up in him. In his imagination he could already hear the deep bark of the Savage. He could see the black bullet lazily, like a slow flying bee, homing down into the valley towards a square of pink skin. There was a light smack as it hit. The skin dented, broke and then closed up again leaving a small hole with bruised edges. The bullet ploughed on, unhurriedly, towards the pulsing heart — the tissues, the bloodvessels, parting obediently to let it through. Who was this man he was going to do this to? What had he ever done to Bond? Bond looked thoughtfully down at his trigger finger. He crooked it slowly, feeling in his imagination the cool curve of metal. Almost automatically, his left hand reached out for the flask. He held it to his lips and tilted his head back. The coffee and whisky burned a small fire down his throat. He put the top back on the flask and waited for the warmth of the whisky to reach his stomach. Then he got slowly to his feet, stretched and yawned deeply and picked up the rifle and slung it over his shoulder. He looked round carefully to mark the place when he came back up the hill and started slowly off down through the trees. | Хлеб застревал в горле, и Бонд почувствовал, как нарастает внутреннее напряжение. Ему уже казалось, что он слышит приглушенный звук выстрелов. Он представил себе, как темная пуля, подобно медленно летящей пчеле, лениво движется вниз, в долину, в направлении кусочка розовой кожи. В момент попадания раздается легкий щелчок. Кожа вдавливается, разрывается, а затем стягивается вновь, оставляя на поверхности небольшое отверстие с рваными краями. Пуля продолжает свое неторопливое движение по направлению к бьющемуся сердцу, а ткани и кровеносные сосуды послушно раздвигаются в сторону, давая ей дорогу. Что это за человек, которого он собирался прикончить? Что плохого он сделал Бонду? Он задумчиво посмотрел на палец, которым предстояло нажать на спусковой крючок, медленно согнул его, мысленно ощущая холод металлического изгиба. Почти автоматически его левая рука потянулась за фляжкой. Он поднес ее к губам и запрокинул голову. Смесь кофе с виски слегка обожгла горло. Бонд завинтил крышку и подождал, пока тепло виски доберется до желудка. Затем он встал с земли, потянулся, широко зевнул, поднял винтовку и перебросил ремень через плечо. Потом внимательно огляделся, запоминая место, через которое придется подниматься в гору на обратном пути, и стал не спеша спускаться по поросшему лесом склону. |
| Now there was no trail and he had to pick his way slowly, watching the ground for dead branches. The trees were more mixed. Among the spruce and silver birch there was an occasional oak and beech and sycamore and, here and there, the blazing Bengal fire of a maple in autumn dress. Under the trees was a sparse undergrowth of their saplings and much dead wood from old hurricanes. Bond went carefully down, his feet making little sound among the leaves and moss-covered rocks, but soon the forest was aware of him and began to pass on the news. A large doe, with two Bambi-like young, saw him first and galloped off with an appalling clatter. A brilliant woodpecker with a scarlet head flew down ahead of him, screeching each time Bond caught up with it, and always there were the chipmunks, craning up on their hind feet, lifting their small muzzles from their teeth as they tried to catch his scent, and then scampering off to their rock holes with chatterings that seemed to fill the woods with fright. Bond willed them to have no fear, that the gun he carried was not meant for them, but with each alarm he wondered if, when he got to the edge of the meadow, he would see down on the lawn a man with glasses who had been watching the frightened birds fleeing the treetops. | Тропа скоро кончилась, и он замедлил шаг, тихо продвигаясь вперед и стараясь не наступать на засохшие ветки. Лес становился смешанным, среди елей и серебристых берез время от времени попадались дуб, бук и платан, а еще, местами, клен в пылающем осеннем убранстве. Под деревьями тянулась вверх редкая молодая поросль, валялось много валежника — свидетельство ураганных ветров. Бонд осторожно спускался по склону горы, почти бесшумно ступая по листьям и покрытым лишайником камням, но вскоре лесные обитатели почувствовали его присутствие и принялись оповещать об этом друг друга. Первой увидела его крупная самка оленя, сопровождаемая двумя похожими на Бемби оленятами, и тут же унеслась прочь, подняв страшный шум. Дятел в ярком оперенье, с ярко-красной головой летел впереди него, издавая пронзительный крик каждый раз, когда Бонд догонял его. И все время попадались бурундуки, которые застывали на задних лапах с оскаленными мордочками, пытаясь уловить его запах, а затем скрывались в вырытых среди камней норах с верещанием, которое, казалось, наполняло весь лес чувством страха. Бонд пытался внушить лесным обитателям, что им незачем его бояться, что винтовка, которую он нес на плече, не будет в них стрелять, но каждый раз, когда звучал новый сигнал тревоги, у него возникало предчувствие, что, дойдя до края поляны, он увидит на лужайке человека с биноклем, наблюдающего, как с верхушек деревьев срываются перепуганные птицы. |
| But when he stopped behind a last broad oak and looked down across the long meadow to the final belt of trees and the lake and the house, nothing had changed. All the other blinds were still down and the only movement was the thin plume of smoke. | Однако когда он остановился, спрятавшись за последний широкий дуб, и бросил взгляд на просторную поляну, последнюю полосу деревьев и находившиеся за ними озеро и дом, то не заметил никаких перемен. Все остальные жалюзи оставались опущенными, и единственным движущимся предметом был струившийся из трубы тонкий дымок. |
| It was eight o'clock. Bond gazed down across the meadow to the trees, looking for one which would suit his purpose. He found it — a big maple, blazing with russet and crimson. This would be right for his clothes, its trunk was thick enough and it stood slightly back from the wall of spruce. From there, standing, he would be able to see all he needed of the lake and the house. Bond stood for a while, plotting his route down through the thick grass and golden-rod of the meadow. He would have to do it on his stomach, and slowly. A small breeze got up and combed the meadow. If only it would keep blowing and cover his passage! | Было восемь часов утра. Бонд посмотрел на полоску леса за поляной, подыскивая подходящее дерево. Наконец его взгляд остановился на большом клене, выделявшемся своей ярко-коричневой и темно-красной листвой. На его фоне одежда Бонда не будет бросаться в глаза, а ствол был достаточно толстым. К тому же клен находился на некотором расстоянии от переднего ряда елей. Встав в полный рост рядом с деревом, он получит нужный угол обзора, видя перед собой озеро и дом. Еще несколько минут Бонд стоял не двигаясь, прикидывая дальнейший спуск по поляне, заросшей густой травой и золотарником. Придется ползти на животе, и довольно медленно. По поляне пробежал легкий ветерок. Как бы хотелось, чтобы он дул и дальше, приглушая вызываемые его передвижением звуки! |
| Somewhere not far off, up to the left on the edge of the trees, a branch snapped. It snapped once decisively and there was no further noise. Bond dropped to one knee, his ears pricked and his senses questing. He stayed like that for a full ten minutes, a motionless brown shadow against the wide trunk of the oak. | Где-то совсем близко, слева от кромки деревьев, треснула ветка — всего один раз и довольно громко, после чего наступила тишина. Бонд опустился на колено, обострив слух, всем своим нутром пытаясь определить, почему это произошло. В таком положении он оставался минут десять — неподвижной коричневой тенью, прислонившейся к широкому стволу дуба. |
| Animals and birds do not break twigs. Dead wood must carry a special danger signal for them. Birds never alight on twigs that will break under them, and even a large animal like a deer with antlers and four hooves to manipulate moves quite silently in a forest unless he is in flight. Had these people after all got guards out? Gently Bond eased the rifle off his shoulder and put his thumb on the safe. Perhaps, if the people were still sleeping, a single shot, from high up in the woods, would pass for a hunter or a poacher. But then, between him and approximately where the twig had snapped, two deer broke cover and cantered unhurriedly across the meadow to the left. It was true that they stopped twice to look back, but each time they cropped a few mouthfuls of grass before moving on and into the distant fringe of the lower woods. They showed no fright and no haste. It was certainly they who had been the cause of the snapped branch. Bond breathed a sigh. So much for that. And now to get on across the meadow. | От прикосновенья животных и птиц сучья не трещат. Треск засохших ветвей посылает им особый сигнал опасности. Птицы никогда не садятся на ветки, которые могут под ними переломиться, и даже такое крупное животное, как олень, который может обороняться рогами и копытами, передвигается по лесу очень тихо, кроме случаев, когда спасается бегством. А что, если эти люди все-таки выставили охрану? Бонд осторожно снял винтовку с плеча и дотронулся большим пальцем до, предохранителя. Может, если они все еще спят, одиночный выстрел, прозвучавший высоко на лесистом склоне, будет принят за выстрел охотника или браконьера? Внезапно в пространстве, отделяющем его от того места, где, как ему показалось, раздался треск, из-за деревьев появились два оленя — длинными прыжками они пронеслись по поляне слева от него. Правда, дважды они останавливались, оглядываясь назад, но затем, пощипав травы, продолжали свой бег, пока не скрылись из вида среди растущих ниже по склону деревьев. В их движениях не было страха или поспешности. Ветка наверняка треснула у них под копытами. Бонд вздохнул с облегчением — обошлось! А теперь вперед, через поляну. |
| A five-hundred-yard crawl through tall concealing grass is a long and wearisome business. It is hard on knees and hands and elbows, there is a vista of nothing but grass and flower stalks, and the dust and small insects get into your eyes and nose and down your neck. Bond focused on placing his hands right and maintaining a slow, even speed. The breeze had kept up and his wake through the grass would certainly not be noticeable from the house. | Проползти пятьсот ярдов в высокой, густой траве — задача не из легких. Вся нагрузка ложится на колени, локти и ладони, обзор ограничен травой и стебельками цветов, а пыль и мелкие насекомые лезут в глаза, нос и горло. Бонд сосредоточил все внимание на правильной работе рук, чтобы сохранить равномерный темп своего медленного продвижения вперед. Ветерок продолжал дуть, делая его движения незаметными для обитателей дома. |
| From above, it looked as if a big ground animal — a beaver perhaps, or a woodchuck — was on its way down the meadow. No, it would not be a beaver. They always move in pairs. And yet perhaps it might be a beaver — for now, from higher up on the meadow, something, somebody else had entered the tall grass, and behind and above Bond a second wake was being cut in the deep sea of grass. It looked as if whatever it was would slowly catch up on Bond and that the two wakes would converge just at the next tree-line. | При взгляде сверху могло показаться, что в траве по поляне движется какое-то животное — не то бобер, не то сурок. Скорее всего — не бобер, ведь те всегда передвигаются парами. И все же, возможно, это был бобер, поскольку сейчас, со стороны верхнего края поляны, то ли предмет, то ли человеческое существо скрылось в высокой поросли, а позади и выше того места, где находился Бонд, в глубоком половодье травы появилась еще одна борозда. Впечатление было такое, что предмет или существо начинает медленно настигать Бонда и что две борозды сомкнутся у следующей полосы деревьев. |
| Bond crawled and slithered steadily on, stopping only to wipe the sweat and dust off his face and, from time to time, to make sure that he was on course for the maple. But when he was close enough for the tree-line to hide him from the house, perhaps twenty feet from the maple, he stopped and lay for a while, massaging his knees and loosening his wrists for the last lap. | Бонд продолжал упорно ползти вперед, извиваясь всем телом и останавливаясь лишь для того, чтобы вытереть пот и пыль с лица, а также убедиться, что движется к клену. До полосы деревьев, за которыми его не было бы видно из дома, до клена оставалось совсем немного, примерно двадцать футов, когда он прекратил движение и перевернулся на мгновение на спину, массажируя колени и вращая кистями рук перед последним отрезком пути. |
| He had heard nothing to warn him, and when the soft threatening whisper came from only feet away in the thick grass on his left, his head swivelled so sharply that the vertebrae of his neck made a cracking sound. | Ничто не предвещало опасности, и когда Бонд услышал тихий угрожающий шепот, раздавшийся в густой траве всего лишь в нескольких футах слева, он обернулся так резко, что хрустнули шейные позвонки. |
| "Move an inch and I'll kill you." It had been a girl's voice, but a voice that fiercely meant what it said. | — Малейшее движение, и вы труп, — прошептал женский голос с такой яростью, что не было никаких оснований сомневаться в серьезности произнесенной угрозы. |
| Bond, his heart thumping, stared up the shaft of the steel arrow whose blue-tempered triangular tip parted the grass stalks perhaps eighteen inches from his head. The bow was held sideways, flat in the grass. The knuckles of the brown fingers that held the binding of the bow below the arrow-tip were white. Then there was the length of glinting steel and, behind the metal feathers, partly obscured by waving strands of grass, were grimly clamped lips below two fierce grey eyes against a background of sunburned skin damp with sweat. That was all Bond could make out through the grass. Who the hell was this? One of the guards? Bond gathered saliva back into his dry mouth and began slowly to edge his right hand, his out-of-sight hand, round and up towards his waistband and his gun. He said softly: "Who the hell are you?" | Сердце чуть не выпрыгнуло из груди Бонда. Он поднял голову и увидел перед собой, дюймах в восемнадцати от головы, выглядывавший из-за стеблей треугольный наконечник отливающей синим цветом стальной стрелы. Положив арбалет горизонтально на траву, незнакомка натягивала тетиву загорелой рукой с побелевшими от напряжения суставами пальцев. Бонд разглядел тускло блестевшую стрелу и — за металлическим опереньем, частично скрытым качавшимися на ветру стеблями травы, — сжатые в решимости губы, и полные ярости глаза на загорелом вспотевшем лице. Кто бы это мог быть, черт побери, неужели кто-то из охраны? Бонд проглотил пересохшим горлом слюну и попытался медленно высвободить невидимую для противника правую руку, чтобы дотянуться до пистолета на поясе. |
| The arrow-tip gestured threateningly. "Stop that right hand or I'll put this through your shoulder. Are you one of the guards?" | — Кто вы такая? — тихо спросил он. Наконечник стрелы угрожающе качнулся. — Оставьте в покое пистолет, иначе я прострелю вам плечо. Вы из охраны? |
отрывок случайной книги
(Флеминг Ян, "Только для личного ознакомления")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |