|
[Alpha]
|
сервис для параллельного чтения книг сайт адаптирован под мобильные устройства изучайте английский язык, читая любимые книги 1500 книг в нашей базе на данный момент тексты произведений представлены с образовательной целью (изучение иностранных языков) |
full version |
|
 обратная связь
|
| Camellias are said to be bad luck because the flowers drop whole from the stem, like severed heads. But the double blossoms on this great tree, which was four hundred years old and bloomed in five different colours, fell petal by petal. Hence it was called the 'petal dropping' camellia. | Считается, что камелии, опадающие не постепенно, а сразу, приносят несчастье. В храме Цубакидэра одно огромное дерево, возраст которого более четырехсот лет, было покрыто цветами пяти разных оттенков, и эти махровые цветы осыпались не все разом, а лепесток за лепестком, за что дерево и прозвали «камелией, роняющей лепестки». |
| "When they were thickest… " said the young wife of the priest to Eguchi "… we gather up five or six baskets a day." | - Когда лепестки осыпаются, за день, бывает, их набирается пять-шесть корзин, - сообщила Эгути молодая жена настоятеля храма. |
| The massing of flowers on the great camellia was less beautiful in the full sunlight, he was told, than with the sunlight behind it. Eguchi and his youngest daughter were sitting on the western veranda, and the sun was sinking behind the three. They were looking into the sun. But the thick leaves and the clusters of flowers did not let the sunlight through. It sank into the camellia, as if the evening sun itself were hanging on the edges of the shadow. The Camellia Temple was in a noisy, vulgar part of the city, and there was nothing to see in the garden besides the camellia. Eguchi's eyes were filled with it, and he did not hear the noise of the city. | Говорят, что цветы большой камелии гораздо красивей, когда на них смотришь против солнца. Галерея, где сидел Эгути с младшей дочерью, выходила на запад, весеннее солнце как раз клонилось к закату. Дерево было между ними и солнцем, но густая листва и плотная завеса цветов большой камелии не пропускали его лучи. Они тонули в кроне дерева, а в тени его царила вечерняя заря. Храм Цубакидэра находился в шумном светском районе города, в его парке не было ничего стоящего внимания, кроме большой камелии. Но глаза Эгути были настолько полны этой камелией, что он больше ничего не видел, а цветы так завладели его сердцем, что он не слышал городского шума. |
| "It is in fine bloom." he said to his daughter. | - Как хорошо цветет, правда? - сказал Эгути дочери. |
| "Sometimes when you get up in the morning there are so many petals that you can't see the ground…" said the young wife, leaving Eguchi and his daughter. Were there five colours on the one tree? He could see red camellias and white, and camellias with crinkled petals. But Eguchi was not particularly interested in verifying the number of colours. He was quite caught up in the tree itself. It was remarkable that a tree four hundred years old could produce such a richness of blossoms. The whole of the evening light was sucked into the camellia, so that the inside of the tree must be warm with it. Although he could feel no wind, a branch at the edge would rustle from time to time. | - Бывает, утром проснешься, а земли совсем не видно, столько цветов нападало, - ответила молоденькая жена настоятеля храма, поднялась и ушла, оставив Эгути с дочерью одних на галерее. Действительно ли на одном дереве были цветы пяти различных цветов? Да, там были цветы красные, белые, в крапинку, но Эгути не стал проверять, он был захвачен чудесным зрелищем. Дерево, возраст которого, говорят, четыре сотни лет, расцвело великолепно и обильно. Лучи заходящего солнца, казалось, всасывались внутрь цветущей кроны, и Эгути представил себе, какая она, должно быть, плотная и теплая. Воздух был совершенно неподвижен, но цветущие веточки по краям пышной кроны чуть-чуть шевелились. |
| It did not seem that his youngest daughter was as lost in the famous tree as Eguchi himself. There was no strength in her eyes. Perhaps she was less gazing at the tree than looking into herself. She was his favourite among his daughters, and she had the willfulness of a youngest child, even more so now that her sisters were married. The older girls had asked their mother, with some jealousy if Eguchi did not mean to keep the youngest at home and bring a bridegroom into the family of her. His wife had passed the remark on to him. His youngest daughter had grown up a bright and lively girl. It seemed to him unwise for her to have so many men friends, and them again she was liveliest when she was surrounded by men. But that there were among them all two whom she liked was clear to her parents, and especially to her mother, who saw a good deal of them. One of them had taken her virginity. For a time she was silent and moody even in the security of the house, and she seemed impatient and irritable when, for instance, she was changing clothes. Her mother sensed that something had happened. She asked about it in a casual fashion, and the girl showed little hesitation in making her confession. The young man worked in a department store and had a rented room. The girl seemed to have gone meekly home with him. | Однако младшая дочь Эгути, по-видимому, не была так тронута знаменитой «камелией, роняющей лепестки», как ее отец. Веки ее бессильно опускались, должно быть, она не столько любовалась камелией, сколько вглядывалась в собственную душу. Эгути любил ее больше, чем других дочерей. Она была избалована, как обычно бывает с младшими детьми. Особенно это проявилось, когда старшие дочери вышли замуж. Они не без зависти спрашивали мать, не собирается ли Эгути оставить младшую дочь в доме и принять зятя в семью; жена тоже частенько задавала ему этот вопрос. Младшая дочь росла живой и веселой. У нее было много друзей. Родителям это казалось не вполне разумным, но в обществе молодых людей она всегда выглядела оживленной. Родители, а в особенности мать, принимавшая в доме друзей дочери, знали, что из всех ей нравятся двое. С одним из них это у нее и произошло. Девушка сделалась молчаливой и замкнутой, а ее движения стали резкими, нервными. Мать сразу заметила, что с дочерью что-то неладно. Стала тактично выспрашивать, и дочь ей сразу все рассказала. Этот молодой человек служил в универмаге, квартиру где-то снимал. Однажды он ее пригласил к себе, и она согласилась... |
| "Is he the one you mean to marry?" | - Ты выйдешь за него замуж? - спросила мать. |
| "No, Absolutely no." replied the girl, leaving her mother in some confusion. The mother was sure that the youth had had his way by force. She talked the mother over with Eguchi. For Eguchi it was as though the jewel in his hand had been scarred. He was still more shocked when he learned that the girl had rushed into betrothal with the other suitor. | - Нет, ни за что, - ответила девушка, приведя мать в замешательство. Мать пришла к выводу, что юноша взял ее дочь силой. Решив посоветоваться с Эгути, она рассказала ему о случившемся. У Эгути возникло такое чувство, словно кто-то испортил драгоценный камень у него в перстне, но еще больше он поразился, узнав, что его младшая дочь спешно обручилась со вторым своим поклонником. |
| "What do you think?" asked Eguchi's wife, leaning tensely toward him. "Is it all right?" | - Ну, что ты об этом думаешь? Хорошо ли она поступает? - спросила жена. |
| "Was she told the man she's engaged too?" Eguchi's voice was sharp "Has she?" | - А она рассказала обо всем тому, с кем обручилась? Призналась ему? - голос Эгути звучал резко. |
| "I wonder. I didn't ask. I was too surprised myself. Shall I ask?" | - Ты знаешь, я не стала ее спрашивать. Я была так поражена. Может, расспросим девочку вместе? |
| "Don't bother." | - Нет, не надо. |
| "Most people seem to think it's best not to tell the man you're going to marry. It's safest to be quiet. But we aren't all alike. She may suffer her whole life through if she doesn't tell him." | - Многие считают, что лучше никогда не рассказывать о подобных ошибках, умолчать о них. Но все зависит от характера и настроения девушки. Не будет ли она всю жизнь жестоко страдать от того, что скрыла это? |
| "But we haven't decided that she has our permission." | - Ну, прежде всего, мы ведь еще не решили, давать нам свое родительское согласие на брак или нет. |
| It did not, of course, seem natural to Eguchi that a girl accosted by one young man should suddenly become engaged to another. He knew that both were fond of his daughter. Well acquainted with both, he had thought that either would do for her. But was not this sudden engagement a rebound from the shock? Had she not turned to the second young man in bitterness, resentment, chagrin? Was she not, in the turmoil of her disillusionment with the one, throwing herself at the other? A girl like his youngest daughter might very well turn the more ardently to one young man from having been molested by another. They need not, perhaps, reprove her for an unworthy act of revenge and self-abasement. | Эгути, безусловно, не считал естественным и правильным то, что девушка, обесчещенная одним, сразу же обручается с другим. Родителям было известно, что оба юноши влюблены в их дочь. Эгути знал их обоих и даже считал, что его младшая дочь вполне может выйти замуж за любого из них. Но не было ли такое поспешное обручение реакцией на пережитое девушкой потрясение? Быть может, гнев, ненависть; обида на одного бросили ее в объятия другого? Или, разочаровавшись в одном, она, сбитая с толку, уцепилась за другого? Такая девушка, как его младшая дочь, могла совершенно охладеть к молодому человеку из-за того, что он взял ее силой, и всей душой привязаться к другому. И вряд ли следовало в этом ее поступке, совершенном отчасти из мести, а отчасти от отчаяния; усматривать лишь непорядочность. |
| But it had not occurred to Eguchi that such a thing could happen to his daughter. So probably it was with all parents. Eguchi may have had too much confidence in his high spirited daughter, so open and lively when surrounded by men. But now that the deed was done there seemed nothing strange about it. Her body was put together in a manner no different from the bodies of other women. A man could force himself upon her. At the thought of her unsightliness in the act, Eguchi was assailed by strong feelings of shame and degradation. No such feelings had come to him when he had sent his older daughters on their honeymoons. What had happened may have been an explosion of love on the part of the youth. But it had happened, and Eguchi could only reflect upon how his daughter's body was made, upon its inability to turn the act away. Were such reflections abnormal for a father? Eguchi did not immediately sanction the engagement, nor did he reject it. He and his wife learned considerably later that the competition between the youths had been rather vicious. His daughter's marriage was near when he took her to Kyoto and they say the camellia in full bloom. There was a faint roar inside it, like a swarm of honeybees. | Эгути и помыслить не мог, что подобное может случиться с его дочерью. Очевидно, это свойственно всем родителям. Хотя дочка всегда держалась весело и непринужденно в обществе молодых людей, Эгути был спокоен, зная, какой у нее неуступчивый характер. И все же в том, что произошло, нет ничего необычного. Его младшая дочь такая же женщина, как другие. Она может подвергнуться насилию. Но когда Эгути внезапно представил себе свою дочь в этой ужасной ситуации, его охватило чувство безграничного унижения и стыда. Ничего подобного он не испытывал, выдавая замуж старших дочерей. Потом Эгути осознал, что его младшая дочь из тех женщин, которые не могут противиться настойчивой страсти мужчин. Многие ли отцы способны понять такое? Эгути не сразу признал помолвку младшей дочери, но в душе примирился с ней. О том, что оба юноши сильно поссорились из-за их дочери, родители узнали значительно позднее. Когда Эгути увез дочь в Киото и любовался там «камелией, роняющей лепестки», свадьба была уже совсем близко. Большая камелия наполнилась неясным гулом. Должно быть, гудел пчелиный рой. |
| She had a son two years after she was married. Her husband seemed quite wrapped up in the child. When, perhaps on a Sunday, the young couple would come to Eguchi's house, the wife would go out to help her mother in the kitchen, and the husband, most deftly, would feed the baby. And so matters had resolved themselves nicely. Although she lived in Tokyo, the daughter seldom came to see them after she was married. | Через два года после свадьбы младшая дочь родила мальчика. Ее муж, по-видимому, безумно любил ребенка. Когда по воскресеньям молодые супруги приезжали в гости к Эгути, дочь шла на кухню помочь матери, а ее муж умело поил ребенка молоком из бутылочки. Эгути пришел к выводу, что у молодых все устроилось наилучшим образом. Дочь, хотя и жила в Токио, после замужества редко показывалась в родном доме. Однажды, когда она приехала без мужа, Эгути спросил ее: |
| "How are you?" | - Ну, как? |
| "How am I? Happy, I suppose." | - Как? Я очень счастлива, - ответила она. |
| Perhaps people did not have a great deal to say to their parents about their marital relations, but Eguchi was somehow dissatisfied and a trifle disturbed. Given the natures of his youngest daughter, it seemed to him that she ought to say more. But she was more beautiful, she come into bloom. Even though the change might be physiological one from girl to young wife, it did not seem that there would be this flower like brightness if a shadow lay over her heart. After she had her baby her skin was clearer, as though she had been washed to the depths, and she seemed more in possession of herself. | Разве так рассказывают родителям об отношениях в семье? А ведь женщина с таким характером, как у его младшей дочери, могла бы рассказать родителям побольше о своем муже, - размышлял Эгути, чувствуя какую-то неудовлетворенность и даже беспокойство. Однако дочь очень похорошела, расцвела, превратившись в привлекательную молодую женщину. И конечно, дело не только в физиологических причинах, они не могли бы вызвать столь яркого цветения, если бы ее душу омрачала тень. После рождения ребенка кожа младшей дочери Эгути стала такой чистой и светлой, словно тело ее омылось изнутри, характер ее стал спокойным и ровным. |
отрывок случайной книги
(Кавабата Ясунари, "Спящие красавицы")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |