|
[Alpha]
|
parallel languages reading service available in mobile learn English, while reading favorite books 1500 books in our base at the moment all texts are presented for educational purposes (learning foreign languages) |
full version |
|
 give us a feedback!
|
| Io's dusty cheeks were streaked with tears. I picked her up and tried to comfort her. "I'm all right, master," she said. And then, "He was right, I won't forget. Not even his name." "Eurybiades?" | На запыленных щеках Ио слезы оставили грязные дорожки. Я взял девочку на руки и попытался немного ее успокоить. - Это ничего, господин мой, - сказала она. - Он прав: теперь я ни за что не забуду. И его имя тоже. |
| She shook her head. "Pasicrates." ' To distract her, I said, "Look how many tents there are! A whole army's camped here, with thousands of soldiers. Have you and I ever seen any army in camp before, Io?" | - Эврибиад? - Нет, - покачала она головой. - Пасикрат. Чтобы отвлечь ее, я сказал: - Посмотри, как много там палаток! Там расположилась целая армия, тысячи воинов. Разве мы раньше видели такой огромный лагерь, Ио? |
| The woman whispered, "This is nothing. You should have seen the encampment of the Great King. It was like a city on the march-but no city on earth could have equaled it, except perhaps Babylon." | - Ничего особенного, - шепотом возразила мне та странная женщина. Ты-то, должно быть, видывал лагеря и побольше, когда служил в армии Великого царя. Тогда точно целые города снимались с места... Впрочем, здесь и нет ни одного такого большого города, разве что Вавилон. |
| Eutaktos must have sharp ears, because he overheard her. "I saw that camp, and my slaves looted the pavilions of the satraps. If your Great King were here with us, he would not think this camp nothing." | У Эвтакта, видимо, слух был достаточно острый, ибо он услышал ее слова: - Я видел такой лагерь, и мои рабы грабили шатры персидских сатрапов (*129). Если бы твой Великий царь был здесь, вряд ли он сказал про этот лагерь: "Ничего особенного". |
| Pausanias's tent is larger than all the rest, embroidered and hung with tassels of gold. I think it must have been part of the loot Eutaktos spoke of. When we came near, I could hear voices; one, I think, the voice of Pasicrates, the other harsh and flat, the speech of a young man accustomed to giving orders and to concealing any emotion he might feel while giving them. I heard Pasicrates say, "… a spy of the Great King's." The other answered, "A spy is a stone that can be thrown back." | Шатер Павсания был значительно больше всех остальных и украшен вышивкой и золотой бахромой. По-моему, шатер - тоже часть той богатой добычи, о которой только что упомянул Эвтакт. Когда мы подошли ближе, я смог расслышать голоса: один, по-моему, принадлежал Пасикрату, а второй звучал довольно резко, однако без излишних эмоций; голос был молодой и, судя по всему, принадлежал человеку, который привык отдавать приказы и скрывать собственные чувства. Я слышал, как Пасикрат сказал: "...Шпион Великого царя", а второй ответил: "Шпион - как камень, можно его и обратно бросить". |
| Eutaktos coughed, I suppose to let those within know we had arrived. After that I could distinguish no more words. | Эвтакт кашлянул - видимо, чтобы дать тем двоим знать, что мы уже прибыли. Разговор в шатре тут же смолк. |
| There are two sentries at the door, tall men no older than Pasicrates; they will not permit us to approach it. We stand to one side-or rather, Eutaktos and Basias stand so, their hands on their sword hilts. Io, the woman, and I are sitting on the ground, where I write these words, having seen by reading how good it is to write so that what has happened is not lost. | У входа стояли двое часовых - высокие и молодые, не старше Пасикрата; они не разрешили нам подойти к шатру, и мы отошли в сторону - точнее, отошли Эвтакт и Басий, сердито схватившись за мечи, а мы с Ио и та женщина уселись на землю. Я тут же принялся за свои записи - перечитав дневник, я убедился, как хорошо все записывать вовремя, чтобы потом можно было вспомнить. |
| I have read of the Lady of the Doves; and I feel I then visited a realm at once higher and smaller than our own. What was it she wished of me? For I feel sure there was something. Did she obtain it? Even after reading what I wrote twice, I cannot say. I am sure she was a friend to the woman Kalleos; but was Kalleos a friend to me? | Я уже прочел о встрече с Хозяйкой голубей и о том, как, видимо, побывал в некоем царстве, одновременно и более высоком, и более тесном, чем наш мир. Но что она хотела от меня? Я ведь чувствую, что встреча эта была не случайной. Она ли правит в том царстве? Я дважды перечитал это место, однако ничего с уверенностью сказать по-прежнему не могу. По-моему, она дружелюбно относится к женщине по имени Каллеос, но как сама Каллеос относится ко мне, я не знаю. |
| The Lady of the Doves said I would not forget her, though I forget everything. She was not wrong; when I read of her again, my flesh stirred at the memory. For love, she was surely the only woman, or all of them. | Хозяйка голубей сказала, что я никогда не забуду ее, хотя забываю все остальное. Она не ошиблась: когда я читал о ней, вся душа моя всколыхнулась от воспоминаний о ней. В любви ей безусловно нет равных! А может, она - это все женщины разом? |
| But I must put her memory aside and think of what I will say in the tent. Soon, I think, Pasicrates will come out and take us in to the regent. CHAPTER XXVII-Pausanias | Однако прерву пока воспоминания о ней: надо подумать, что я буду говорить там, в палатке, поскольку вот-вот оттуда выйдет Пасикрат и проведет нас к регенту. 27. ПАВСАНИЙ |
| The regent has furnished his tent with plunder. He sits upon scarlet cushions, and there are carpets rich with griffins, black bulls savaged by golden lions, and men strangely dressed, with black and curling beards. The air is perfumed by lamps of gold. | Шатер регента был битком набит награбленным добром. Сам он восседал на подушках алого бархата, а вокруг лежали и висели ковры с вышитыми на них грифонами, черными быками, золотистыми львами и странно одетыми людьми с черными вьющимися бородами. В воздухе витал аромат душистого масла, горевшего в светильниках. |
| Pasicrates announced, "O royal Pausanias, this is the man Eutaktos the Lochagos brought. I have examined him, and I am satisfied he is indeed the one shown you in your dream, so far as I am able to judge." | - А это, царственный Павсаний, - провозгласил Пасикрат, - тот самый человек, которого привел лохаг Эвтакт. Я близко познакомился с ним и убежден: именно он являлся тебе во сне. |
| The regent stared at me. His face is terrible with scars, but it seemed to me it would have been terrible without them, as hard and cruel as iron. Perhaps a smile touched his mouth; a scar drew up one cheek, so I could not be sure. | Регент уставился на меня. Лицо его было чудовищно изуродовано шрамами, однако мне оно и без них показалось страшным - жестоким и жестким, точно отлитым из стали. Улыбка чуть тронула его губы, однако один из шрамов тянулся через всю щеку к углу рта, так что, возможно, улыбка мне лишь почудилась. |
| "The man I saw wore a chaplet of withered blossoms. Fellow! Were you wearing such a chaplet when my shieldmen discovered you?" | - Тот был в венке из засохших цветов. Эй, парень! Был на тебе венок, когда тебя обнаружили мои воины? |
| "I don't remember," I told him. "But I may have written of it. May I look?" I held up this scroll. | - Не помню, - сказал я. - Но, может быть, я записал это в дневнике. Можно мне посмотреть? - Я вытащил свой свиток. |
| The regent's lips drew back from his teeth, which are large and not quite white. "Good. Very good. And the flower?" | Губы регента раздвинулись, обнажив крупные и не слишком чистые зубы. - Хорошо. Очень хорошо. А где тот цветок? |
| Pasicrates said, "It was still there when I examined the book, Highness. The lochagos may have put it there, but I doubt that he did." | - Он был на месте, высокорожденный, когда я осматривал его книгу, сказал Пасикрат. - Возможно, конечно, его положил туда лохаг, однако вряд ли. |
| The regent pointed. "Open that to the stick." | - Разверни свиток, - приказал мне регент. |
| I did as he ordered, holding the scroll so he could see the writing. As I unrolled the last sheet, a dried lupine dropped into his hand. | Я выполнил его повеление, держа свиток так, чтобы он мог видеть написанное. Когда я разворачивал последний лист, засушенный цветок люпина выпал прямо ему на ладонь. |
| Pasicrates cleared his throat. "Perhaps I ought to add, Highness, that the lochagos says they appeared to have had a dinner party the night before in the house where he found this man. There would have been flowers, naturally, and chaplets for the guests." | Пасикрат откашлялся и сказал: - Мне, видимо, следует пояснить, высокорожденный: лохаг сказал, что вроде бы в том доме накануне была пирушка - там, где он этого человека нашел. Там конечно же были и цветы, и венки для гостей. |
random book preview
(Wolfe Gene, "Soldier of the mist")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |