|
[Alpha]
|
parallel languages reading service available in mobile learn English, while reading favorite books 1500 books in our base at the moment all texts are presented for educational purposes (learning foreign languages) |
full version |
|
 give us a feedback!
|
| “Wizards, then, are not cooks,” said Murre, who was sitting across the kitchen hearth from Ged, carving a box-lid of fine wood; he was a woodworker by trade, though not a very zealous one. | — Нет, маги — плохие повара, — вставил свою реплику Мюррей, который здесь же, на кухне, вырезал из дерева крышку для короба. Он был плотником, но не очень ревностно занимался своим ремеслом. |
| “Nor are cooks wizards, alas,” said Yarrow on her knees to see if the last batch of cakes baking on the hearthbricks was getting brown. “But I still don't understand, Sparrowhawk. I have seen my brother, and even his prentice, make light in a dark place only by saying one word: and the light shines, it is bright, not a word but a light you can see your way by!” | — Увы, ты прав, но и повара — это не маги, — сказала Арника, которая нагнулась, чтобы посмотреть, не испекся ли её очередной пирог. — Но я до сих пор не могу понять, Перепелятник. Я видела, как брат со своим учеником, произнеся нужное слово, сотворили огонь во тьме. Разве слово, пусть даже самое светлое, может осветить путь в ночи? |
| “Aye,” Ged answered. “Light is a power. A great power, by which we exist, but which exists beyond our needs, in itself. Sunlight and starlight are time, and time is light. In the sunlight, in the days and years, life is. In a dark place life may call upon the light, naming it. But usually when you see a wizard name or call upon some thing, some object to appear, that is not the same, he calls upon no power greater than himself, and what appears is an illusion only. To summon a thing that is not there at all, to call it by speaking its true name, that is a great mastery, not lightly used. Not for mere hunger's sake. Yarrow, your little dragon has stolen a cake.” | — Свет — это уже Власть, причём самая большая, и, благодаря ей, мы и существуем, но Власть эта существует вне наших нужд. Сияние Солнца и сияние звёзд — это Время, значит, Время — тоже Свет. Солнце отделяет день от ночи, и так месяц за месяцем, год за годом, значит, Свет — это Жизнь. Во тьме можно воззвать к жизни, призвав на помощь свет. Но когда ты видишь, как маг произносит заклинание и появляется какой-нибудь предмет, то знай — это всего лишь иллюзия. Чтоб вызвать нечто реальное, нужно знать истинное имя того, что ты хочешь увидеть перед собой, а это, в свою очередь, требует великих знаний и великого мастерства, и использовать его нужно, конечно же, не для того, чтобы удовлетворить простой голод. Кстати, Арника, твой дракоша схватил пирог с противня и собирается его съесть. |
| Yarrow had listened so hard, gazing at Ged as he spoke, that she had not seen the harrekki scuttle down from its warm perch on the kettle-hook over the hearth and seize a wheatcake bigger than itself. She took the small scaly creature on her knee and fed it bits and crumbs, while she pondered what Ged had told her. | Арника так заслушалась, что не заметила, как её харрекки потихоньку выбрался из тёплого гнездышка над очагом, где обычно сидел часами, и схватил пшеничную лепёшку раза в два больше, чем он сам. Девушка посадила зверька на колени и стала кормить его, отрывая кусочек за кусочком, а сама, между тем, обдумывала сказанное Джедом. |
| “So then you would not summon up a real meat-pie lest you disturb what my brother is always talking about– I forget its name-” | — Итак, Вы никогда не сотворите с помощью магии настоящего куска мяса, даже если будете умирать с голоду, чтобы не нарушить это... как его... |
| “Equilibrium,” Ged replied soberly, for she was very serious. | — Равновесие, — подсказал Джед, и ему понравилось, с какой серьёзностью Арника восприняла всё сказанное. |
| “Yes. But, when you were shipwrecked, you sailed from the place in a boat woven mostly of spells, and it didn't leak water. Was it illusion?” | — Да. Но когда вы потерпели крушение и вынуждены были выбираться с того острова на жалких обломках, скреплённых только Вашими заклятиями, и вода так и не просочилась в лодку — это что, тоже была простая иллюзия? |
| “Well, partly it was illusion, because I am uneasy seeing the sea through great holes in my boat, so I patched them for the looks of the thing. But the strength of the boat was not illusion, nor summoning, but made with another kind of art, a binding-spell. The wood was bound as one whole, one entire thing, a boat. What is a boat but a thing that doesn't leak water?” “I've bailed some that do,” said Murre. “Well, mine leaked, too, unless I was constantly seeing to the spell.” He bent down from his corner seat and took a cake from the bricks, and juggled it in his hands. “I too have stolen a cake.” | — Отчасти да, отчасти нет. Крепость лодки определялась не столько иллюзиями, сколько чарами, которые связали куски дерева между собой. И вся лодка представляла уже нечто целое, как ствол дерева. Но ничего не бывает идеального. Моя лодка тоже давала течь, если я засыпал и действие чар ослабевало, — с этими словами Джед наклонился и взял горячий пирожок. — Вот и моя очередь настала украсть твой пирог. |
| "You have burned fingers, then. And when you're starving on the waste water between the far isles you'll think of that cake and say, Ah! had I not stolen that cake I might eat it now, alas!– I shall eat my brother's, so he can starve with you | — Смотрите, пальцы обожжете — у себя ведь украли. А когда Вам придётся голодать где-нибудь в бескрайних морях, то Вы вспомните об этом пирожке и скажете: «Ах, не укради я его тогда у самого себя, то был бы сейчас сыт». Чтобы восстановить справедливость, я тоже съем, но только пирожок брата — пусть и он голодает вместе с Вами. |
| “Thus is Equilibrium maintained,” Ged remarked, while she took and munched a hot, half-toasted cake; and this made her giggle and choke. But presently looking serious again she said, “I wish I could truly understand what you tell me. I am too stupid.” | — Вот это и есть равновесие, — заметил Джед, и Арника весело и задорно рассмеялась. Потом она помолчала немного и совершенно серьезно добавила: — Мне бы так хотелось понять всё, что Вы говорили сейчас, но, боюсь, я так глупа. |
| “Little sister,” Ged said, “it is I that have no skill explaining. If we had more time-” | — Сестренка, — обратился к ней Джед, — это не ты глупа, а я плохой учитель и не могу тебе объяснить всё в точности. К сожалению, у меня даже нет времени, |
| “We will have more time,” Yarrow said. “When my brother comes back home, you will come with him, for a while at least, won't you?” | — У нас ещё будет время, когда Вы с братом вернетесь. Ведь Вы погостите у нас тогда, не правда ли? |
| “If I can,” he answered gently. There was a little pause; and Yarrow asked, watching the harrekki climb back to its perch, “Tell me just this, if it is not a secret: what other great powers are there beside the light?” | — Если смогу, — ответил он уклончиво. Наступило молчание, а потом Арника неожиданно спросила, наблюдая, как харрекки карабкается назад в своё гнездо: — Скажите, если, конечно, это не тайна: какие Великие Силы есть в мире помимо Света? |
| “It is no secret. All power is one in source and end, I think. Years and distances, stars and candles, water and wind and wizardry, the craft in a man's hand and the wisdom in a tree's root: they all arise together. My name, and yours, and the true name of the sun, or a spring of water, or an unborn child, all are syllables of the great word that is very slowly spoken by the shining of the stars. There is no other power. No other name.” | — Это не тайна. Все Силы исходят из одного и приходят к тому же. Время и пространство, звёзды и свет свечи, вода и ветер, магия и мастерство плотника, мудрость деревьев и трав — всё это имеет один корень. Моё имя и твоё, истинное имя Солнца и имя лесного ручья, имя неродившегося младенца и имя умершего старца — всё это только слоги, составляющие единое слово, которое неторопливо шепчет нам звёздный Свет в ночи, И нет другой Власти в мире, другого Имени, кроме этого. |
| Staying his knife on the carved wood, Murre asked, “What of death?” | При этих словах Мюррей воткнул нож в дерево и отложил недоделанную шкатулку в сторону. |
| The girl listened, her shining black head bent down. | — А как насчет Смерти?— спросил он. Девушка буквально впилась глазами в Джеда, наклонившись от напряжения вперёд. |
| “For a word to be spoken,” Ged answered slowly, “there must be silence. Before, and after.” Then all at once he got up, saying, “I have no right to speak of these things. The word that was mine to say I said wrong. It is better that I keep still; I will not speak again. Maybe there is no true power but the dark.” And he left the fireside and the warm kitchen, taking up his cloak and going out alone into the drizzling cold rain of winter in the streets. | — Чтобы быть произнесённым, Слову нужно Безмолвие. Сказав это, Джед резко встал: — Я не имею права говорить об этих вещах. Слово, которое я должен был произнести, оказалось неверным. Поэтому я лучше помолчу. Может быть, нет вообще никакой Истинной Власти, и только Тьма властвует в мире. И, взяв свой плащ, Джед вышел на улицу. Там его встретил холодный промозглый дождь. |
| “He is under a curse,” Murre said, gazing somewhat fearfully after him. | — На нём лежит проклятие, — сказал Мюррей, глядя вслед магу. |
| “I think this voyage he is on leads him to his death,” the girl said, “and he fears that, yet he goes on.” She lifted her head as if she watched, through the red flame of the fire, the course of a boat that came through the seas of winter alone, and went on out into empty seas. Then her eyes filled with tears a moment, but she said nothing. | — Я думаю, что это путешествие приведет его к гибели, и он знает это и боится, — сказала девушка. |
| Vetch came home the next day, and took his leave of the notables of Ismay, who were most unwilling to let him go off to sea in midwinter on a mortal quest not even his own; but though they might reproach him, there was nothing at all they could do to stop him. Growing weary of old men who nagged him, he said, “I am yours, by parentage and custom and by duty undertaken towards you. I am your wizard. But it, is time you recalled that, though I am a servant, I am not your servant. When I am free to come back I will come back: till then farewell.” | Дрок вернулся на следующий день. Отцы города не одобряли намерения Дрока отправиться с другом в опасное путешествие, но, несмотря ни на какие уговоры, изменить уже ничего было нельзя: — Я Ваш по крови и нраву своему, но я не раб Ваш, я — маг, — не уставая, повторял Дрок, — поэтому я отправлюсь туда, куда сочту нужным, и, если захочу, то вернусь, а пока — прощайте. |
random book preview
(Ursula K. Le Guin, "A Wizard of Earthsea")
| Read | Читайте |
| books | книги |
| in English | на английском |
| with | с |
| paraller | параллельным |
| translation | переводом |